Ф.И.О.: Курамшина Гульшат Гилемдаровна

Возраст: 57 лет

Место работы: редакция газеты «Вечерняя Уфа»

Номинации:
«Острый взгляд»






Номинация: «Острый взгляд»
Опубликовано: газета «Вечерняя Уфа», 24 октября 2008 г.
Краткая аннотация:
Вечная тема доверчивости и тех, кто ею пользуется. Люди остались без земельного участка и денег. Но до последнего продолжали верить, что «риэлтер» все вернет.



Привычка лгать, похоже, стала неотъемлемой чертой характера Альфиры Курбановой. Она и сама, наверное, уже не понимает, где правда, а где ложь. Даже на простой вопрос судьи о семейном положении  начала отвечать долго и путано.

- Вы следователю сказали, что в разводе, на суде говорите, что замужем…  Как на самом деле? – пыталась внести ясность судья.

Но Альфира опять бормотала что-то об обмене паспорта,  о том, что в нем не поставили штампа о браке.

-Так вы разведены? – теряла терпение судья.

- Ладно, пишите – замужем, - наконец, подвела итог подсудимая.

Что уж говорить о ее неутомимой деятельности на ниве собственного обогащения. Здесь правда и не ночевала.

Эта судебная история началась с невинного на первый взгляд объявления, наклеенного на остановке: «Куплю землю. Помогу с оформлением бумаг». И номер телефона. Почему люди откликаются на такие призывы? Наверное, потому что не хотят утруждать себя долгими раздумьями и поисками профессиональных риэлтеров. Вот бумажка с телефоном: позвонил и переложил свои заботы на… того, кто изъявил желание помочь. А может, и решить свои материальные проблемы за счет простаков.

Васильев всю жизнь проработал слесарем. Как он признался, ни в чем, кроме своих железок, не разбирается. Поэтому обрадовался возможности воспользоваться услугами некоего риэлтера и сразу позвонил по номеру и сообщил о желании продать земельный участок. Женщина охотно взялась за дело. Попросила доверенность на оформление документов. Ничего за свои труды не просила, сказав лишь, что возьмет себе деньги сверх оговоренной суммы. Васильев желал получить за участок миллион рублей. По договору сделка должна была состояться не позже, чем через два месяца, а точнее – 30 августа 2007 года.

Он не попросил у Курбановой ни ее документов на ведение риэлтерской деятельности, вообще ни о чем ее не расспросил. «Она внушала абсолютное доверие, поскольку разбиралась во всех тонкостях купли-продажи земли и недвижимости», - так объяснил в суде Васильев. «Ну как не верить – ведь она женщина!», - добавил он. Приятно, что одна принадлежность к слабому полу вызывает у человека трепет: видно ему на жизненном пути попадались только святые женщины.

…Буквально через две недели после заключения договора с Курбановой к нему подъехал покупатель Абдуллин. Он прочитал в газете объявление о продаже и предложил оформить участок без посредника, что, казалось бы, выгоднее обеим сторонам. Но Васильев как благородный человек сразу же пресек эту попытку, заявив, что Курбанова – его родственница и за ее спиной он ничего предпринимать не будет.

Делать нечего – Абдуллин вступил в переговоры с Курбановой. Она объявила ему окончательную цену – миллион сто тысяч рублей. Как вы помните, миллион должен был пойти продавцу. Плата за сделку – сто тысяч. Согласитесь, очень неплохие деньги, даже юристы высокого класса не могут похвалиться таким гонораром за столь небольшую услугу. Но Курбановой, судя по всему, сумма показалась маленькой. Захотелось всего и сразу. И она убедила Васильева подписать доверенность на куплю-продажу участка с получением ею денег от покупателя. Он, не напрягая свои мозги, тут же подмахнул бумагу. А стоило спросить себя: для чего это делается? Уж за своими кровными деньгами пройтись – не такой уж великий труд. И надо отметить, что такая удача редко светит мошенникам, обычно им приходится тратить больше усилий, чтобы завладеть чужими деньгами.  Не будь этой доверенности, не было бы уголовного дела. Но Васильев категорически не хотел думать – так, видимо, проще жить.

Сложности начались после того, как в ноябре (через два месяца после того, как истек оговоренный срок) Курбанова передала ему триста тысяч рублей от покупателя, заявив, что это задаток. Что быстро оформить продажу не удается, поскольку не хватает каких-то бумаг. Васильеву и в голову не пришло, что участок уже продан, что все деньги покупатель уже передал Бакировой и вступил в законные права хозяина.

И для Васильева началась игра в «кошки-мышки»: Курбанова то пряталась, то появлялась. Ее выдумкам не было конца: то якобы покупатель уехал на север (при встрече с Васильевым Абдуллин сказал, что север видел только на картинках), то будто бы она тяжело заболела, то документы отправили по почте (!) и они потерялись и их надо восстанавливать. Потом она дала номер сотового телефона «покупателя», и специально обученный человек еще долго морочил Васильева сказками про север и прочие обстоятельства, мешающие ему встретиться и объяснить, что происходит. А потом Курбанова просто перестала  брать трубку.

И только тогда – через год! -  в голове  Васильева прояснилось: его обманули. Он обратился в милицию с заявлением. Против Курбановой было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества. Как потом выяснилось, это у нее не первый раз. Два года назад предприимчивая дама  была осуждена по аналогичной статье: было доказано четыре эпизода мошенничества, когда она брала товар на реализацию, но денег за него не отдавала. Так уж у нее устроен организм – не желает расставаться с чужими казначейскими билетами, хоть убей. Получив чисто символическое наказание – год условно, решила, что ничего страшного: можно продолжать в том же духе. И принялась за нелегкий «риэлтерский» труд.

Иной раз, глядя на потерпевших, думаешь, что они тоже невольные виновники совершения преступления. Без жертвы нет преступника. Когда человек чуть ли не сам отдает деньги мошеннику, тому ничего другого не остается, как  взять их. Кто же спорит, гораздо приятнее верить людям, строить отношения на доверии, по законам добра и справедливости. Но, видно, время такое еще не пришло. Слишком много желающих поживиться за чужой счет, обойти законы.

Абдуллин – добросовестный покупатель. Он купил участок на вполне законном основании. Но не обошлось без закавыки и у него: по документам значится, что он уплатил за участок всего 250 тысяч рублей.

На вопрос гособвинителя, старшего помощника прокурора Октябрьского района Натальи Макаровой, чем объяснить такую нестыковку – ведь в материалах уголовного дела есть расписка Курбановой о 1100000 рублей – он отвечал: чтобы Васильеву налог платить поменьше. Он не подозревал, во что может вылиться такая «отзывчивость».

Этот сюжет мог для него обернуться  весьма неприятными последствиями. На суде потерпевший Васильев вдруг заявил, что отказывается от материальных претензий к Курбановой. Мол, не надо мне этих семисот тысяч. И даже ручкой махнул: мол, черт с ними. Действительно, какая мелочь. Что о ней говорить-расстраиваться? Зал прямо-таки ахнул. Однако все разъяснилось довольно быстро. Представитель потерпевшего объявил, что они с Васильевым собираются подавать иск о признании сделки недействительной. Дальнейший ход событий они просчитали так: все возвращается на исходные позиции, хозяин получает свой участок, который за это время утроился в цене. Его продают уже за три миллиона, а 250 тысяч рублей отдадут Абдуллину – согласно документам, которые он и подписал.

С недоумением я смотрела на Васильева: ну не может мужчина взять судьбу в свои руки. Опять доверился если и не проходимцу, то, по крайней мере, некомпетентному человеку. Тот, являясь представителем потерпевшего и получая за свои сомнительные услуги деньги, пытался его втравить в новый, гражданский процесс, причем бесперспективный. Ибо  неправомерность сделки нужно серьезно доказывать. А доказательств-то нет, ибо покупка совершалась по доверенности, выданной Васильевым, с соблюдением всех законов.

После долгих переговоров, наконец, Васильев со своим советчиком соизволили подать иск о возмещении материального ущерба в 700 тысяч рублей. И заявили о моральном вреде, который они оценили в полмиллиона рублей. Гособвинитель разъяснила потерпевшему, что по имущественным преступлениям моральный вред не взыскивается.

Тем не менее Курбанова заявила, что согласна заплатить 1200000 рублей, вот уже мамин дом собралась продавать. Только месяц-другой придется подождать. Видимо, она решила, что и суд будет так же терпеливо, как Васильев, кормиться обещаниями. Кажется, она убедилась, что здесь не шутят, только услышав обвинительную речь.

- Не лишайте меня свободы, я отдам деньги, - похоже, впервые она говорила искренне. Но, к сожалению, слишком поздно.

Приговор суда – три с половиной года лишения свободы в колонии общего режима. Стоят ли они семисот тысяч? Об этом стоит подумать не только Курбановой.


Номинация: «Острый взгляд»
Опубликовано: газета «Вечерняя Уфа», 5 ноября 2008 г.


Не знаю, сколько лет должно пройти, сколько человек еще должно быть обмануто, прежде чем в России перестанут доверять финансовым пирамидам. Об их очередных крахах говорится повсеместно, об этом без конца идут сюжеты по телевидению, газеты постоянно печатают истории о  разорившихся вкладчиках. Но снова и снова появляются под разными названиями организации, созданные по печально известному принципу.

Новая волна пошла из столицы нашей родины, где возникло некоммерческое партнерство общества взаимного страхования «Надежда». Желающие подключиться к «некоммерческой» деятельности нашлись и в Уфе. Энтузиасты ездили за умом в Москву, где их обучали приемам работы с потенциальными клиентами. И в январе 2006 года представительство в нашем городе открылось. Пятеро «отважных» взялись за работу. Не последнее место в их деятельности занимала учеба, где вербовались новые члены «Надежды». Трое из пяти имели высшее образование, двое средне-специальное. Особое доверие у многочисленных потерпевших вызывало то, что у некоторых из организаторов имелись дипломы медиков, хотя по специальности они не работали. Их призванием была торговля, как выяснилось впоследствии, воздухом.

Но в мае 2007 года головная организация в Москве стала испытывать трудности, перестала перечислять деньги своему филиалу. Решили зарабатывать сами. Для этого в июне было разработано положение о кассе взаимной поддержки (КВП) «Зеленая касса». Многие помнят, как раньше в коллективах организовывали «черные кассы», куда вносили деньги хорошо знавшие друг друга сотрудники. А затем коллеги по  очереди получали всю сумму целиком. И хотя название было не очень радостным, многим касса помогла избежать черных дней. Здесь все с точностью до наоборот: решили «покрасить» кассу в радующий сердце зеленый цвет, но по сути она была черной, несла людям разорение и беду.

Людям обещали доход от 50 до ста процентов от суммы вклада. Только надо было привести как минимум двух новых вкладчиков. Из их денег платили проценты, и люди сразу теряли чувство реальности. Приносили от тысячи до десяти  тысяч рублей, получали «навар» и тут же сдавали деньги снова. Чтобы через две недели получить еще большую сумму.

Особая роль отводилась Миронову (назовем его так), заместителю директора по обучению. Он проводил лекции новобранцам, по сути вводя их в заблуждение относительно целее и задач общества «Надежда», убеждал их вступить в его ряды, уплатив три тысячи рублей. А затем стать членами «Зеленой кассы», нужно было всего ничего – расстаться с небольшой суммой, чтобы сказочно разбогатеть. Миронов рисовал им радужные перспективы, что, мол, «Надежда» создает свой коммерческий банк с выплатами 30-50-70 процентов годовых, с дальнейшей организацией коммерческих структур, которые должны были получать баснословные доходы. Жертвами обмана по данным следствия всего за два месяца деятельности «Зеленой кассы» стало 65 человек, отдавших мошенникам в общей сложности более миллиона рублей. Как правило, малоимущие пенсионеры, инвалиды, люди, попавшие в безвыходные ситуации. Увидев объявление, в котором говорилось о возможности быстро разбогатеть, они наивно полагали, что им улыбнулась удача. И вместо того, чтобы бежать в противоположную сторону, шли прямиком к мошенникам.

Никакого бухгалтерского оформления денежных средств не велось – сведения записывались в журнал. Все было на доверии простодушных людей, которым организаторы пирамиды вероломно воспользовались. Что особенно удивляет – все участники этой компании, кроме директора, сами являются пенсионерами. Казалось бы, наступил возраст, когда, как говорится, пора о душе подумать. Но что-то не торопились с этим «надеждинцы».

И все же пришлось задуматься, если не о душе, то о своей дальнейшей судьбе. Рано или поздно пирамиде было суждено  рухнуть  – людям перестали выплачивать не только деньги с процентами, им отказывались вернуть то, что было внесено. Пришлось подключить  служителей закона.

На суде все пятеро вину не признали, хотя вернули потерпевшим их деньги. Суд, учитывая это обстоятельство, а также немолодой возраст подсудимых, вынес решение о лишении свободы на срок от трех до пяти лет условно.

Государственный обвинитель - помощник прокурора Октябрьского района Юрий Сушко не согласился с таким чрезмерно мягким, по его мнению, наказанием и направил в Верховный суд кассационное представление. Он считает, что тяжесть преступления, общественная опасность, которую несут подобные деяния, а также отрицание своей вины, заслуживают более сурового наказания.

Поразительно, но кое-кто из пострадавших от деятельности «Зеленой кассы» до сих пор свято уверены, что идея замечательная, просто организаторы сплоховали. Действительно, пока живут на свете простаки, пирамидам – жить. Кто следующий?


Номинация: «Острый взгляд»
Опубликовано: газета «Вечерняя Уфа», 22 ноября 2008 г.
Краткая аннотация:
В материале рассказывается о неудачной попытке бывшего директора присвоить магазин. Ей не удалось совершить эту махинацию из-за слаженных действий коллектива, сумевшего противостоять изворотливой мошеннице, обладавшей весомой поддержкой в органах власти. Этот опыт прекрасно иллюстрирует истину о том, что совместными усилиями можно победить даже в неравной на первый взгляд борьбе.


Этот магазин в советские времена процветал. Находился он на бойком месте, торговал необходимыми в каждодневной жизни вещами. Принадлежал государству, а значит – никому, и его благополучие зависело от вышестоящего руководства и оборотистости директора. После перестройки и рухнувшей плановой системы для продавцов магазина настали трудные времена. Для того, чтобы выжить, нужна было обрести самостоятельность. Но главное - нужно было решить проблему с помещением, приватизировать его. Продавцы сами выбрали на общем собрании нового директора Анну Белову: у нее высшее экономическое образование, большой опыт работы в торговле и немалые связи. И она взялась за дело, засучив рукава. Для того, чтобы оформить все документы на помещение, нужны были средства. Если смотреть правде в лицо – не только на официальные расходы. Все устроить было чрезвычайно сложно. Но Беловой удалось. Для этого пришлось брать деньги из кассы магазина, и немалые.

При этом и продавцы, и директор стали учредителями предприятия – общества с ограниченной ответственностью, не заплатив за свою долю ни копейки. И стали ждать прибылей. Однако с этим были проблемы. Белова это объясняет тем, что, вынув деньги из оборота, очень непросто было расплатиться с поставщиками, оплачивать коммунальные услуги и массу чего другого. Несмотря на все ее заверения, что все будет хорошо, магазин за неполных четыре года руководства Беловой дошел до ручки, был на грани разорения. И при этом трудно было не заметить, что благосостояние самой Беловой улучшается. Может, конечно, коллегам это показалось – чужие глаза, как известно, завидущи. Возможно, помогла в достижении успехов директора удачная женитьба сына на дочери крупного чиновника. Откуда-то появилась новая квартира в элитном доме, иномарка и прочие атрибуты благополучия. Чего нельзя было сказать о рядовых труженицах прилавка. Но это закон жизни: у кого суп не густ, у кого жемчуг мелок. Недовольство, разброд в коллективе стали приобретать характер хронический и со временем злокачественный. Продавцы спросили: «Доколе?» и вынесли свои сомнения на общее обсуждение. Единогласно постановили: Белову – сместить и назначить другого, более  честного, по их мнению,  и делового руководителя. Однако из состава учредителей вывести бывшего директора не удалось.

Когда посмотрели, в каком состоянии находятся дела в магазине после ухода Беловой, прослезились: долги составляли около пяти миллионов рублей. Тем не менее, молодая энергичная директор Абдуллина взялась с коллегами за работу, считая, что инцидент исчерпан. Но не тут-то было.

Обиду Белова простить не могла, и ее по-человечески можно понять. Ведь это она, и никто другой сумела вывести магазин в самостоятельное плавание. Пусть бы кто-нибудь из крикунов попробовал бы повторить ее подвиг. А теперь легко качать права  на всем готовом. Так или примерно так она думала в то нелегкое для нее время.

Можно было покориться судьбе и начать новую страницу в жизни. Но оставаться у разбитого корыта она не желала и  решила а) отомстить; б) вернуть магазин.

А для этого нужно было его… продать. Как можно продать то, что тебе не принадлежит? У Беловой было лишь десять процентов акций, и по закону она могла претендовать только на них. Но ей хотелось всего и сразу. На кон было поставлено все – те же связи, деньги, маниакальное упорство.

Для начала бывший директор решила просто… выгнать продавцов из магазина. Для молодчиков в униформе охранного агентства не представило труда сладить с дюжиной слабых женщин.  И те остались на улице в прямом смысле: на дверях висел замок, а в помещении – дюжие  ребята, которые чувствовали себя в магазине весьма вольготно. Они разгуливали по салону, по вечерам выпивали и закусывали в приятной компании. А на все вопросы продавцов отвечали, что «их здесь не стояло». Почти две недели скитались по улицам и ближайшим подворотням продавцы. Пока не додумались тоже пригласить добрых молодцев из другого охранного агентства.

Но когда, наконец, им удалось попасть в помещение, обнаружилось, что из сейфа пропали подлинники документов, в том числе, самый важный - о праве собственности на магазин.

Очень скоро продавцы убедились, что документам был дан ход: в магазин стали приходить покупатели, которые показывали объявление в газете о его продаже.

 Обеспокоенные учредители по очереди ходили в Регистрационную палату, чтобы быть в курсе, не изменился ли собственник у магазина, принадлежит ли он по-прежнему им. Каждый день, методично, в течение немалого времени. Белова заходила то слева, то справа. Предлагала помещение то одной торговой фирме, то другой. И как правило, ни у кого не возникало сомнений, что у нее есть все права на продажу.

Подробности хитроумных махинаций Беловой заняли несколько томов уголовного дела. Там фигурировали и фирмы-посредники, и липовые документы с поддельными подписями, и много чего еще. Но больше всего удивляет то, что в серьезных организациях у нее неизменно находились «невидимые» и потому не обнаруженные следствием сообщники.

На суде свидетелями выступали работники Регистрационной палаты, которые, так и не придя в себя от  изумления, поведали о невероятных, прямо-таки фантастических явлениях, произошедших прямо у них под носом: некто сумел изменить в компьютере данные о собственниках магазина. И, наверное, никто бы об этом не узнал, и сделка скорее всего свершилась, если бы продавцы магазина не держали ситуацию под контролем.

Выяснилось ситуация с подлогом следующим образом: специалист одной из фирм, которая собиралась купить магазин, должна была узнать, вступили ли они в права собственности, изменился ли хозяин магазина. Первый раз она получила справку, которая решительно не устроила ее директора, и ее вновь отправили в Регпалату. И «чудо» свершилось! В итоге - в течение одного дня - она получила две бумаги: в одной собственником  значился коллектив магазина и в другой – та самая фирма-покупатель. Когда она показала обе справки специалисту палаты, тот был поражен: его подпись грубо подделали. Стали проверять, что да как, выяснились поразительные вещи: оказывается, в этой организации существует некто, не оставивший следов, но сумевший внести необходимые изменения в реестр, хранившийся в памяти компьютера.

С тех пор, говорят, справку в Регпалате получить гораздо сложнее. Раньше сотруднику было достаточно взглянуть на монитор компьютера и вывести данные на лист, бумажный носитель, теперь необходимо сверить их с документами в архиве. А на это имеет право только заведующий отделом. Прежде люди могли получить документ в течение дня, сейчас - через три. Станет ли это гарантией от дальнейших злоупотреблений «невидимок»? Не хочется плохо думать о людях, но… Тем более что деньги за такие «небольшие услуги», похоже, платились немалые.

Достаточно привести пример необыкновенной щедрости Беловой в обмен на гораздо более мелкую услугу. Некто Галеев (заметим при этом, ее до этой случайной встречи он практически не знал) должен был всего-навсего отнести документы в Регпалату за вознаграждение… в 100 тысяч (!) рублей. Ничего незаконного и противоправного делать не требовалось, но сумма гонорара, согласитесь, впечатляет. Отчего-то Галеев не смог этого сделать, говорит, заболел. Это признание вызвало оживление в зале суда. Кто-то прошептал: «Да за такие деньги - хоть с сорокаградусной температурой, хоть ползком…»

Затем у Галеева был еще один шанс сказочно обогатиться: за изменение показаний  в суде ему предложили уже полмиллиона рублей. Но Галеев опять отказался. Да и как иначе, если в доверенности, которую выписали на его имя, стоит его же подпись? За несговорчивость его ждала месть: Белова подала заявление в милицию о том, что  Галеев взял у нее в долг 250 тысяч и не вернул. (Опять же удивительная широта души – без долгих проволочек дать малознакомому человеку такую астрономическую для многих сумму). Но в расписке срок выплаты обозначен четко – декабрь нынешнего года. Так что привлечь к ответственности за «мошенничество» нежелательного свидетеля не удалось.

Итак, магазин стоимостью более сорока миллионов остался у его владельцев – трудового коллектива. Отстоять право на собственность было нелегко. Пришлось звонить во все колокола, привлекать средства массовой информации. Вновь и вновь обращаться в органы правосудия. Противостояние длилось два года. Однако продавцы с директором Абдуллиной  своим примером доказали, что не стоит опускать руки, коли правда на  твоей стороне. При этом  уже погашен долг в пять миллионов рублей и прочие недоимки. Работать было бы легче, если бы не приходилось все время доказывать свои законные права, ходить в прокуратуру, милицию, в суд.

На процессе Белова на все вопросы отвечала «Неправда, этого не было, не помню». Пыталась доказать, что предлагала коллективу отдать ей деньги за причитающиеся десять процентов, что составляет ни много ни мало – более четырех миллионов рублей. Но ей якобы отказали, и у нее не было другого выхода. Все своим видом она демонстрировала оскорбленную невинность,  воздевала очи к небу, пыталась уличить в нечестности своих бывших коллег, припоминала их грешки. Одним словом, вину не признала, ни в чем не раскаялась. Поэтому гособвинитель – старший помощник прокурора Октябрьского района Наталья Макарова за мошенничество в особо крупных размерах, которое не свершилось по не зависящим от Беловой обстоятельствам, предложила применить к ней наказание в виде реального лишения свободы сроком на семь лет.

Однако судья ограничилась условным наказанием.

Станут ли для бывшего директора эти пять лет временем переоценки ценностей или она готовит новый план мести? Сие нам неведомо…


Номинация: «Острый взгляд»
Опубликовано: газета «Вечерняя Уфа», 22 января 2009 г.
Краткая аннотация:
Этот материал тему морали. Мы привычно в суде принимаем сторону потерпевшего, осуждаем подсудимого. Но в жизни бывают самые непредсказуемые ситуации. В этом судебном процессе все симпатии были на стороне подсудимого, который по своей горячности вступил в конфликт. Но ему в голову не пришлось подать заявление в милицию. Думаю, эта судебная история послужит уроком для молодых людей, решающих свои проблемы без участия милиции. Заставит она задуматься и родителей, слепо любящих своих детей и выгораживающих их любой ценой.


Жизнь полна противоречий. И мало похожа на черно-белое кино. С этой банальной истиной мы сталкиваемся ежедневно. Но в суде, как правило, все однозначно: вот преступник, вот потерпевший. Безусловно, мы сочувствуем жертве и испытываем неприязнь к разбойнику или хулигану. И особенно это относится к участникам процесса: прокурор обязан обвинять, адвокат защищать свою сторону. Но в этот раз старший помощник прокурора Октябрьского района Наталья Макарова в своей речи  выразила  весьма неоднозначное отношение к потерпевшему. Что касается подсудимого, фактически она выступила в его защиту. Правильнее сказать – в защиту закона. Гособвинитель не сочла возможным поддержать все обвинения, выдвинутые против Сергеева. А такое происходит в суде нечасто.

…В тот день у товарища был праздник. Сергеев приехал к нему на новенькой машине, недавно купленной в кредит. Оставил ее под окнами у подъезда. Сидели за столом, угощались, отмечали день рождения. Но Сергеев не пил, поскольку за рулем. Внезапно сработала автомобильная сигнализация. Сергеев бросился на улицу и обнаружил, что на крыше серебристой «Лады» вмятина и осколки от брошенной сверху бутылки. Автовладельцы поймут его чувства – еще не все деньги за кредит выплачены, а по чьей-то милости уже придется чинить кузов. Разгневанный Сергеев кинулся в подъезд искать виновника. На девятом этаже он обнаружил компанию из четверых молодых людей, распивающих пиво. Он спросил, разумеется, на повышенных тонах, кто бросил бутылку. Трое промолчали, а Биктимиров с ходу начал хамить. Если бы в эту минуту ему хватило ума спокойно ответить разгоряченному человеку, что ничего подобного они не совершали, не было бы конфликта, драки, а затем уголовного дела. Но юноша был «подогрет» изрядным количеством пива, и, как выяснилось,  не в его характере уважительное отношение к  окружающим. Сергеев уже не сомневался, что именно он бросил бутылку и не желает в этом признаваться. В сердцах он ударил Биктимирова. Видимо, ярость придала ему силы, и противник, хотя он гораздо крупнее Сергеева, после второго удара сел на корточки. А затем побежал в свою квартиру с криками «Всех порежу!». Умывшись, он схватил стеклянную бутылку и выбежал на улицу, где Сергеев стоял с друзьями у покалеченной машины. Биктимиров, не слушая родителей, которые выбежали следом за ним с криками: «Не надо! Хватит!», разбил бутылку о перила крыльца и кинулся на Сергеева. Тот отбежал. Тогда Биктимиров бросил осколок бутылки - «розочку» - на многострадальную машину. И здесь вполне убедительно продемонстрировал, как нужно расправляться с собственностью. Хозяин  вытерпеть такого не мог и снова налетел на хулигана. Теперь уже с полной уверенностью в своей правоте. Драчунов разняли родители и друзья, Биктимирова увели домой.

На другой день он подал заявление в милицию. Решив, что для полноценной мести факта мордобоя недостаточно, «украсил» историю душераздирающими подробностями. Написал, что Сергеев в него выстрелил из пневматического пистолета. Мало того, сорвал серебряную цепочку, которая бесценна ему как память о любимой девушке, которая заплатила семь тысяч рублей за вещь ручной работы. Такое деяние уже квалифицировалось как разбой, а за это преступление полагается весьма суровое наказание.

Но особо неприятное событие, имевшее драматические последствия, произошло на другой день, во время задержания Сергеева. Его машина подъехала к дому вечером. Оперативники, не дожидаясь, когда он выйдет, подскочили к дверце. Сергеев уверяет, что они сразу, без предисловий, разбили окошко и стали вытаскивать его из машины. Поскольку они, по его словам, не показали удостоверения, не объявили, что это милиция, сидевшие в автомобиле решили, что это хулиганское нападение. Тем более что оперативники, естественно, не ходят в форме. И тогда друг Сергеева Садыков бросился на его защиту с бейсбольной битой. После удара оперативник со сломанной челюстью оказался в больнице, а Садыков получил пять лет колонии строгого режима. Кто виноват, что произошло такое недоразумение, не смогли сразу разобраться и соседи, наблюдавшие эту сцену с балкона. Сначала они кричали, что надо спасать парней, вызвать милицию, затем, когда увидели поверженного оперативника, возмутились: «Если милиционеров бьют, что же они сделают с нами!».

Тем временем продолжалось следствие по делу Сергеева. Собирались доказательства по серьезным обвинениям – стрельбе из пистолета и разбою.  Дважды проводилась экспертиза по поводу травм, нанесенных Биктимирову. Оба раза эксперты пришли к выводу, что пистолет ни при чем, ушибы появились от удара тупым предметом. А что уж ему послышалось – хлопок от лопнувшего воздушного шара или еще что, определить теперь невозможно. Такая же загадка связана с тем самым подарком любимой: цепочку милиционеры обнаружили под ковриком в коридоре рядом с квартирой  приятеля Биктимирова. Это была неожиданность для всех. Как она там очутилась кому это выгодно? На эти вопросы следствие не смогло дать ответа. Но в любом случае статья о разбойном нападении отпала. Что и констатировала на судебном заседании государственный обвинитель Макарова.

Весьма характерным было поведение родителей на суде. Отец Сергеева овдовел, когда дети были совсем маленьким. Больше не женился, посвятив свою жизнь воспитанию  сына и дочери. Приучал к труду, не баловал, всегда был примером для подражания. Сам не пил, и сына приучил к мысли, что от водки все зло. И тот в двадцать три года усердно работает, обзавелся семьей. В апреле должен родиться наследник. Все у человека  до этой истории складывалось хорошо. Когда Сергеев рассказал отцу о происшедшем, тот сразу сказал: «Ты не прав. Нужно было вызвать милицию. А теперь будешь отвечать, и боюсь, не только за свои грехи». Будто в воду смотрел…

Совсем по-другому вели себя родители потерпевшего. Перебивали свидетелей, лгали, выгораживали сыночка. На вопрос, чем он занимается, отвечали туманно. И только когда пришла характеристика из училища, многое прояснилось. «С такой и в тюрьму не возьмут», - мрачно пошутила  в кулуарах адвокат подсудимого. Выяснилось, что из училища его давно выгнали, бывшего учащегося характеризовали как ленивого, дерзкого, даже агрессивного, не умеющего общаться с одногруппниками, ни с преподавателями. Родители по странной логике сочли, что с ним  лучше справится бабушка и отправили его к ней жить, полностью устранившись от воспитания наследника. Еще одна деталь: сын приехал в гости к родителям, но почему-то с друзьями пил пиво в подъезде. Для них не нашлось места в квартире. Если бы он мог пригласить приятелей домой, наверняка этого конфликта не произошло. Почему сплошь и рядом молодежь общается в подъездах. Ведь у всех есть мамы и папы. И о чем можно говорить, если они не желают видеть дома собственных детей?

Все в этой истории связано и предопределено. Вот только распределение ролей произошло не справедливое. Хороший работящий парень на скамье подсудимых, а бездельник и лоботряс требует наказать виновного… по справедливости. В зале суда неоднократно звучала фраза о том, что было правильнее поменять местами Сергеева и Биктимирова. Мол, все зависело от того, кто первый подал заявление в милицию. Замешкался – стал подсудимым. Так ли это на самом деле, не мне судить. В данном случае доказать факт повреждения автомобиля гораздо сложнее, чем наличие телесных повреждений. При все моем сочувствии к Сергееву отнюдь его не оправдываю. Бить человека по лицу – нехорошо, даже если уверен, что он нанес твоей машине вред. Железка она и есть железка. Ну  не может она стоить дороже денег. И не должна быть причиной драки, судебного разбирательства и тюремного заключения.

Для Сергеева эта история закончилась относительно благополучно: суд разобрался во всех нюансах дела и вынес справедливый приговор: шесть месяцев исправительных работ с удержанием десяти процентов заработка в пользу государства. А вот его приятелю взрослую жизнь (ему не так        давно исполнилось восемнадцать лет) придется начинать в колонии. И чувство вины за изломанную судьбу товарища – думаю, самое тяжелое наказание для Сергеева.


Номинация: «Острый взгляд»
Опубликовано: газета «Вечерняя Уфа», 13 марта 2009 г.
Краткая аннотация:
Материалы на правовую тему должны помогать гражданам верно ориентироваться в жизни. Зачастую причиной преступления становится доверчивость и юридическая безграмотность граждан. Как не стать жертвой мошенников, не попасть в ловушку нечистых на руку деятелей криминального бизнеса. Ответы на эти вопросы вы найдете в данных судебных историях. Журналист лично присутствовала на судебных процессах, все  события, описанные в очерках, произошли недавно в Уфе.


Неизвестно, как бы сложилась судьба Сидоренко, если бы не перестройка. Парень мечтал стать летчиком. Приехал из заграничной теперь Белоруссии, чтобы поступить в вертолетное училище. Даже год проучился, пока чья-то недобрая воля не прекратила существование учебного заведения. Что делать? Мечту о небе пришлось забыть, но для умелого организатора нашлось дело и на земле. Вот только, к сожалению, не в то русло направил он свою деятельность. И падение неудавшегося пилота было столь же стремительным, как и его «взлет».

Признаюсь, Сидоренко поразил меня своей абсолютной уверенностью в себе. И не меня одну. Видавшие виды прокурор и судья тоже порой не могли скрыть своего изумления. За спиной человека 26 доказанных эпизодов мошенничества в составе организованной группы – а это весьма немалый срок лишения свободы. А Сидоренко ведет себя так, будто он находится не в зале суда, а на церемонии награждения: вальяжен, спокоен, вставляет реплики по делу и без дела.

В один из моментов, когда судья удалился в совещательную комнату, Сидоренко этак небрежно, не стесняясь присутствием потерпевших, предложил гособвинителю ограничиться условным сроком. На что ему был дан вполне корректный и, естественно, отрицательный ответ. Следующее заседание суда началось с ходатайства об отводе прокурора Натальи Макаровой, в котором говорилось о том, что она «заинтересована не в истинных причинах возникновения уголовного дела, а в удобных для себя и своего роста (?) методах работы». Это далеко не единственное ходатайство, которые подавались и самим Сидоренко, и его подельниками. Но безусловной «звездой» этого процесса, равно как и лидером организованной группы, был все тот же Сидоренко.

Компания подобралась вполне трудоспособная, готовая выполнять любые распоряжения своего шефа. Вторым лицом в этом преступном квинтете был земляк Сидоренко - Снегирев, приехавший в Уфу вместе с приятелем. Надо отметить, что после совершения преступлений, почуяв запах паленого, Снегирев вернулся на родину и очень быстро стал отцом троих детей (в дополнение к первому ребенку 1994 года рождения  прибавились еще два малыша – 2006 и 2008 годов). Видимо, папа никак не рассчитывал с ними так скоро расстаться. В двух эпизодах участвовал Загиров, познакомившийся с Сидоренко еще во время учебы в училище. И как же без прекрасных дам? Одна из них – возлюбленная Сидоренко – не только подарила ему дочь, но и помогала в многотрудных делах. Другая – гражданская жена, с изумлением узнавшая во время следствия, что заполучила не  только подельницу, но и соперницу. Однако несчастье их сблизило ни даже подружились, сидели рядом в зале суда. И речи вели примерно одинаковые: «Ни о чем не знала. Любила и верила».

А теперь приступим к самому важному и интригующему моменту нашего повествования – описание деятельности Сидоренко и Ко. А занимались они автомобильным бизнесом, вполне распространенным в докризисное время. Думаю, и сейчас он не умрет. И все бы ничего, и никакого криминала: отдал машину, получил деньги. Возможен и такой сценарий: получил деньги, привез машину. А если она не понравилась? Верни деньги капризному клиенту и ищи другого.  Вот только с купюрами расставаться Сидоренко ну очень не любил.

И только из-за этой пагубной страсти и погорел. А люди тоже хороши - вместо того, чтобы забыть навеки о некогда врученной продавцу сумме, не получив товар, начинали его преследовать, звонить, мучить глупыми вопросами: «Где деньги? Где машина?». Разве же все упомнишь? Тем более когда таких случаев следствие накопало аж 26.

Не будем вас утомлять описанием всех эпизодов. Возьмем, к примеру, историю неудачной покупки Сабирова. Весной 2003 года он познакомился с Сидоренко по вопросу приобретения иномарки. Ему был предложен джип за 830 тысяч рублей. В уплату части его стоимости покупатель отдал свои «Жигули», за которые просил 130 тысяч. Договорились, и Сидоренко вручил Сабирову документы на «Ниссан патрол», а тот – документы на «ВАЗ» и 700 тысяч рублей. Но оформлять машину на себя Сабиров не стал – она ему как- то не глянулась. Какие проблемы? Вскоре ему привезли «Ланд крузер», стоимостью на 100 тысяч дороже. Ровно через неделю у автомобиля сломалась коробка передач, и Сабиров сообщил об этом продавцу. Тот предложил отвезти  ее в автосервис, принадлежавший первой жене, но почему-то вместе с ключами и документами. Сабиров, почувствовав подвох, пытался было потребовать вернуть ему деньги за машину, но Сидоренко его уверял, что все будет хорошо, пообещал отремонтировать джип бесплатно и пригнать через три недели. Когда нетерпеливый клиент заглянул в автосервис через два дня, автомобиля там уже не обнаружил. Ему сообщили, что Сидоренко перегнал его в другой автосервис, какой - неизвестно. Долгое время Сабирову не удавалось встретиться с «благодетелем» – его телефон был недоступен, сам он неуловим. Когда, наконец, в августе 2004-го увидел,  тот обязался ежемесячно выплачивать ему по 250 тысяч, написал долговую расписку на 1 миллион рублей, с учетом процентов. Но опять скрылся и объявился лишь в январе 2006 года. Наконец выяснилась судьба машины – оказывается, ее заложили в ломбард за 400 тысяч. После некоторых манипуляций, в которые Сидоренко вовлек еще нескольких клиентов, машину через полгода выкупил… и в очередной раз обманул Сабирова.

На суде Сидоренко с неподражаемой наглостью во всем обвинил незадачливого покупателя: мол, не умеет он пользоваться иномарками, ломает их, пусть на себя и пеняет.

Но Сабирову удалось, пусть недолго, покататься на машине. Некоторым же пришлось довольствоваться лишь изображением иномарки из Интернета на мониторе компьютера. Сидоренко предлагал выбрать любую понравившуюся картинку. Точно такую машину обещал пригнать из Европы. Одно условие – деньги вперед. И люди платили - за мечту, мираж, за собственную доверчивость и, что уж греха таить – за глупость. И немало. Так некто Федоров отдал 1270 тысяч рублей в сентябре 2006 года, но, как вы понимаете, ни денег, ни желаемого «Лексуса РХ» не получил. Хотя Сидоренко честь по чести оформил договор-заказ.

Поражает огромное количество обманутых. Впросак попадали и «тертые калачи», люди, занимавшие серьезные должности, связанные с финансами, и те, кто давно знал Сидоренко. Неутомимость его на поприще околпачивания работников ломбардов, банков, других учреждений не имела предела. Даже читая про махинации, которые распутали следователи, трудно проследить схему, по которой он туманил мозги вполне вменяемым взрослым мужчинам и женщинам. Для пущей важности у  него был свой офис, он даже журнал издавал по автоделу – ну чистый бизнесмен.

Снегирев по сравнению с шефом, конечно, мелкая птица – всего два доказанных эпизода. Но тоже не упускал возможности поживиться за счет простаков. Так, вместе с Сидоренко пообещали привезти некоему господину «Крайслер». Получив 450 тысяч рублей, они их потратили на свои нужды. На суде сваливали вину друг на друга, при этом Сидоренко заявил, что американскими машинами никогда не занимался, потому что с ними масса проблем. Что деньги брал Снегирев. А тот представил себя жертвой мошенников в Германии, которые, завладев деньгами, не пригнали автомобиль.

На мой взгляд, роль жертвы им не очень подходит. Особенно неубедителен был Сидоренко. Представить этого самоуверенного циничного человека в ситуации, где бы его обманули, не заплатили, весьма сложно. Тем не менее, на суде он хотел предстать безвинным ангелом, которого почему-то хотят оболгать и оговорить более двух десятков людей. Удивительно, как много вокруг него собралось нечестных и бессовестных граждан. Похоже, ему другие просто не встречались. Взять, к примеру, случай с Малининой. Версия Сидоренко звучала сенсационно: он никогда не брал у нее автомобиль. Наоборот, это он продал ей «Лексус». Малинина застраховала машину. Через год якобы попросила модель поновей. А еще предложила инсценировать угон старой машины, чтобы получить страховку. Представляете, как негодовал честный Сидоренко? Конечно, он отказался пойти на сделку с совестью. И вот оно, людское коварство: вместо благодарности за помощь – уголовное дело.  А вот версия Малининой: в 2002 году она решила купить «Лексус» у Сидоренко, заплатила за него 65 тысяч долларов. Через три недели автомобиль пригнали ей во двор. Но при регистрации в УГИБДД выяснилось, что его номерные агрегаты в сервис-центре не совпадали. Тогда Малинина решила возвратить проблемную машину продавцу и потребовала вернуть ей деньги. Она отдала ключи и документы на машину, и Сидоренко обещал буквально через две-три недели расплатиться. Она неоднократно звонила ему, встречалась, но у Сидоренко всегда находились отговорки. Надо еще отметить, что Малинина дала ему в долг ни много ни мало – 800 тысяч рублей. Однако Сидоренко и тут не растерялся. На суде он заявил, что деньги были уплачены за «Мерседес», который якобы зарегистрирован на ее имя или, может, ее мужа, он точно сказать не может. Но Малинина почему-то расписки ему не вернула по причине забывчивости, а так-то он с ней в расчете. И вообще он просто хотел помочь женщине…Общий ущерб семьи Малининой от такой «помощи» составил более двух миллионов рублей.

Изумляет, до какой степени человек был уверен в своей безнаказанности и использовал свое право на защиту любыми способами. Он, к примеру, потребовал пригласить на заседание следователя Иванову, пытаясь доказать, что она продала принадлежащую потерпевшим машину и ПТС, поскольку в материалах уголовного дела этой бумаги якобы нет. И при этом ответы следователя его не интересовали – он ее перебивал, провоцировал, пытался запутать. Видимо, считая, что для суда достаточно просто отрицать свою вину, «уличая» всех свидетелей и потерпевших в клевете.

…Его долго искали, наконец нашли в Москве, где он преспокойно тратил добытые «тяжким» трудом деньги. И опять он «пострадал» за честность – отказался дать взятку работникам милиции, вот его и арестовали. Так и заявил в суде. Ну ему-то нечего бояться – он докажет свою правоту.

Все участники судебного процесса скрупулезно разбирались в хитросплетениях этого дела. На это ушло очень много времени и сил, понадобилось терпение и выносливость. Но как ни старался Сидоренко представить черное белым, ему это не удалось. Правда – одна, другой не бывает. И ответ ему придется держать по закону. 26 доказанных эпизодов в составе организованной преступной группы «потянули» на тринадцать лет лишения свободы в колонии общего режима. Учитывая, что каждый эпизод предусматривает наказание от пяти  до десяти лет неволи, стоит порадоваться нашему гуманному суду, который в отличие от американского, назначает срок путем частичного сложения. В США он был бы  как минимум пожизненный.  Снегиреву за два эпизода присудили  пять с половиной лет. Загиров получил за два эпизода шесть лет колонии общего режима. А вот с дамами все оказалось не так однозначно. Гражданская жена Сидоренко, на иждивении которой находится дочь-подросток, отправится в колонию на шесть лет. Те же шесть лет назначены возлюбленной Сидоренко, но их дочери всего четыре года, и суд счел возможным отложить исполнение приговора на десять(!) лет, до получения девочкой паспорта. Такая мера крайне редко используется в наших судах, остается лишь порадоваться за женщину и ее ребенка.

А всем нашим простодушным и доверчивым гражданам хочется вновь пожелать: будьте бдительны, не платите за мираж, даже если он выглядит весьма заманчиво.