Ф.И.О.: Ильясова Венера Джумаевна (Аширова)

Возраст: 49 лет

Место работы: корреспондент газеты «Туймазинский вестник»

Номинации:
«За верность теме»









Номинация: «За верность теме»
Опубликовано: газета «Туймазинский вестник
» № 107 от 8 июля 2008 г.
Краткая аннотация:
В материалах В. Ильясовой часто «красной нитью» проходит тема гуманизма, любви к ближнему, взаимоотношений в семье, проблемы отношений престарелых родителей и взрослых детей, детей, брошенных родителями. Говорят, что сегодня люди очерствели, не желают взваливать на себя ответственность за чужую судьбу. А вот В. Ильясова находит замечательных людей, которые не только сами мужественно держат удары судьбы, но  становятся опорой и для других.  В конкурсных материалах автор рассказывает о позитивных примерах семейной жизни. Публикация «Бейся, сердце!» рассказывает о женщине, которая вопреки запретам врачей родила двоих детей, воспитала их достойными людьми. Жажда жизни, любовь к детям помогли женщине прожить долгую жизнь, несмотря на пессимистичные прогнозы медиков. Материал «Люблю!..» тоже рассказ о людях с большим сердцем. Семейная пара взяла на воспитание маленького, больного малыша и сумела сделать его счастливым и практически здоровым.


Гуля работала медсестрой в больнице. Белый халатик и косынку гладила сама, чтоб ни одной морщиночки не было. Летала по больничным коридорам. «Вы сегодня вылитый Бельмондо! Ах, если бы не ваша жена, приударила бы за вами...» — шутя говорила она и и ставила уколы Иванову, которого два дня назад перевели из реанимации в терапию. Иванов беспомощно улыбался уголком рта.

Она всех называла «радость моя». «Гуленька, а вы завтра придете?» Она меняла воду в вазах с цветами, которые сама собирала на поляне за больницей, и успокаивала: «Приду, куда ж я денусь?»

После смены бежала в общежитие. Наконец-то у них с мужем появилась крыша над головой — маленькая комнатка, которую она называла раем в шалаше. Все знали, что у Гули «золотой муж»: не пьет, не курит, работает за двоих. Некоторые им завидовали, что живут в радости. А в последнее время Гуля просто летала, когда узнала, что у них с Рамилем скоро будет ребенок.

Пришла на прием у терапевту. Врач поправила очки и вздохнула:

— У вас порок сердца, милочка, а вы рожать вздумали. Придется прерывать беременность.

Сломя голову она помчалась домой. Долго выплакивалась Рамилю, а тот гладил ее по кудряшкам, успокаивая:

— Давай послушаемся врачей. Возьмем ребенка из детдома. И будет у нас свой мальчишка.

— Да, свой... - причитала она. — Я же хотела сама родить. Девять месяцев ходить осторожненько, на красивое смотреть, как ты говорил. Самой  почувствовать, как он будет меня пинать ножкой...   

Ночью не могла заснуть, а утром сказала Рамилю, что будет рожать: «И даже ты не сможешь меня отговорить!»

Молилась дни и ночи напролет. Врачи не устояли перед таким напором и дали направление в Уфу, но родила Гуля в Туймазах. Когда услышала: «Женщина, у вас сын!..», тело стало невесомым, и где-то вдали забрезжил свет. Не могла понять, почему вокруг все бегают? А это сердце почти перестало биться. Если бы не врач-кардиолог Флюра Фазыловна Абдуллина, Гуля вряд ли бы у видела сына.  

Прошло немного времени, и Гуля «придумала» для Артура... братишку. Рожала в Уфе, и там, лежа в палате, она впервые испугалась, что с ней может что-то случиться. Но она так сильно хотела увидеть еще не родившегося сына, и так горячо молилась, что снова осталась жива. И когда принесли мальчика на кормление, и он, припав к ее груди, принялся смешно причмокивать, она заплакала. А медсестра стояла рядом и ругала: «Не плачь, кому говорят! Нельзя тебе плакать. Молоко пропадет...» Но молоко не пропало. У малыша  появились щеки. Он набирал вес...

Гуле, попавшей в роддом в третий раз, врачи сказали, что будет сын. И муж смеялся: «Футбольная команда набирается!» Но врачи ошиблись. Родилась дочка Эльвира.

Соседи крутили у виска: «Больная, а рожает. И жить негде. Вчетвером в девяти квадратах!» Гуля не обращала внимания. Смотрел на Рамиля счастливыми глазами. В маленькой комнате тогда стояли двухъярусная кровать, дочкина кроватка и родительский диван. «Зачем хоромы? Лишь бы радость в доме жила...»

Пока дети росли, чувствовала себя хорошо, наверное, потому, что в молодости особо на недомогания не обращаешь внимания. Но со временем сердце все чаще давало о себе знать. Благодаря родственникам мужа удалось договориться об операции в Москве, в академии им. Сеченова.

Мать провожала Гулю на перроне. Рядом стояли десятилетний Артур, восьмилетний Руслан и шестилетняя Эльвира. «Мамочка, возьми меня с собой!» -- просила дочка. «Куда, ягодка моя? Я скоро вернусь...» Мелькнуло за окном заплаканное лицо матери.

Казалось, что операция длилась вечность. Московские профессора «заштопали» Гулино сердечко: «А теперь живи, милая, и радуйся!» Онаулыбнулась: «Да, надо жить, ведь у меня два сына и дочка». Те руками развели: «Ишь ты, и когда успела?»

Дети росли, зная, что матери нужен покой. Если она спала, в доме ходили на цыпочках. Отправляясь в огород картошку копать, дети с отцом говорили: «А ты дома посиди. Мы сами управимся!» Или составляли график дежурства. Гуля заглядывала через плечо Рамиля: «А почему меня в списке нет?» Дети гомонили: «Ты у нас на привилегированном положении. Мы сами!..» Она пыталась сопротивляться: «Хитрые! Я ведь тоже хочу дежурить!»

По примеру отца каждый подставлял ей плечо. Артур уже в первом классе знал, когда и сколько нужно давать лекарство. Стоял с ложечкой около кровати, отсчитывая: «Четыре... пять... шесть...» Мать щадили и скрывали от нее неприятности. Иногда о какой-нибудь проблеме Гуля узнавала спустя месяц или два. Выяснять отношения при детях было не принято. Считали, что ситуацию лучше «перемолчать». Когда были трудные времена, и Рамиль долгое время не получал зарплату, вдвоем искали подработку. Спасало то, что привыкли жить в простоте, о хоромах никогда не мечтали. Главным считали мир в семье.

Жили дружно и весело. Могли сорваться в Уфу или Москву, чтобы посмотреть цирковое представление. Мечтали увидеть море, но дорога  — слишком большое испытание, поэтому, посовещавшись, решили отказаться от поездки: «Если ехать, то только с мамой!..» А раз мама не может, придется морю подождать.

Никто никого не заставлял, но, помогая друг другу, все дети научились готовить. Лишь бы порадовать мать.

Деньги всегда лежали в шкафу на видном месте. И дети об этом знали. Само собой получилось, что они не тянули одеяло на себя, выпрашивая : «А мне вот это надо...» Наоборот, родители слышали: «Давайте Эльвире куртку купим!»

Однажды с подругой зашел разговор: что нужно, чтобы ребенок счастливым рос. Гуля сказала просто: «Его надо очень сильно любить». Но это не значит — баловать и все дозволять. Нет. Здесь другое... Детям всегда внушали, что никого ближе родителей у них никого нет, и если вдруг что-то случится, первым делом надо бежать домой — там спасение. Опять же по примеру отца, Артур захотел научился играть на гитаре. Руслан, глядя на старшего брата, тоже записался в музыкальную школу — выбрал баян, а там и очередь Эльвиры подошла — ей пришлась по душе домбра.

Дети всегда учились хорошо. Родители не уставали повторять, что нужно получить образование, нельзя надеяться на родительский кошелек. Голова для чего нужна? А еще втолковывали, что мужчина в доме — добытчик. Сейчас старший работает в Новгороде в одной из музыкальных школ, учит детей играть на гитаре, попутно учится на менеджера. Второй сын после окончания школы с серебряной медалью поступил в авиационный  университет. Дочка, как и мать, стала медиком.

Воспитывать детей Гуле помогали больные. Она часто присаживалась на краешек кровати, разговаривала с ними и находила ответы на свои вопросы. И, конечно, помогали родители, Гулины братья.  Учили жить по совести. Так, чтобы людям в глаза смотреть было не стыдно. Когда старший сын в 19 лет стал отцом, Гуля заплакала, но сказала ему: «Ты теперь мужчина. И будешь нести ответственность и за себя, и за жену, и за будущего ребенка». Артур просиял: «Ты — лучшая мама на свете!» Муж был вначале против, но потом и он принял сторону жены. Нельзя, чтобы ребенок рос без отца... Жаль, что через три года семья распалась. Сын уехал на заработки, а Гуля с Рамилем помогают внуку. Он для них — родная кровинка.  

Недавно родилась дочка и у Руслана.

— Дети, повзрослев, уходят. У них своя жизнь. Нам, родителям, нельзя мешать, навязывать свою точку зрения, — говорит Гуля. — Лишь бы сыновьям  было хорошо с теми, которых они встретят на своем пути. А дочери желаю такого мужа, как ее отец. Когда кто-то из детей женится или выходит замуж,  надо молить Бога о том, что они любили друг друга. И так сильно, чтобы потом остатки этой любви, как из переполненной чаши, переливались на родителей.  К этому надо стремиться. А не выговаривать недовольно при встрече: «Почему не звоните, не приходите?»

В их доме (у них двухкомнатная квартира) живет счастье. Оно — в детях и внуках. Сегодня звонил Артур: «Мам, я тебе деньги отправил. Ты купи себе что-нибудь красивое...» Летом обещает приехать Руслан. Дочь, прихорашиваясь у зеркала, поет: «У меня свидание...»

Жизнь продолжается. И бьется в груди, как птица, заштопанное московскими профессорами Гулино сердце.


Номинация: «За верность теме»
Опубликовано: газета «Туймазинский вестник
» № 58 от 11 апреля 2008 г.
Краткая аннотация:
В материалах В. Ильясовой часто «красной нитью» проходит тема гуманизма, любви к ближнему, взаимоотношений в семье, проблемы отношений престарелых родителей и взрослых детей, детей, брошенных родителями. Говорят, что сегодня люди очерствели, не желают взваливать на себя ответственность за чужую судьбу. А вот В. Ильясова находит замечательных людей, которые не только сами мужественно держат удары судьбы, но  становятся опорой и для других.  В конкурсных материалах автор рассказывает о позитивных примерах семейной жизни. Публикация «Бейся, сердце!» рассказывает о женщине, которая вопреки запретам врачей родила двоих детей, воспитала их достойными людьми. Жажда жизни, любовь к детям помогли женщине прожить долгую жизнь, несмотря на пессимистичные прогнозы медиков. Материал «Люблю!..» тоже рассказ о людях с большим сердцем. Семейная пара взяла на воспитание маленького, больного малыша и сумела сделать его счастливым и практически здоровым.


Было это в Стерлитамаке. Мальчик родился крохотный, сморщенный и весь какой-то синий. Услышав от врачей, что он долго не протянет — врожденный порок сердца, мать оставила его прямо в роддоме. Ушла, не оглянувшись. 2,5 года малыш рос себе потихоньку, не осознавая, что можно жить по-другому — под крылышком у любви. Но у Рустика не было родителей. Его домом был Дом ребенка.

После армии Ильдар Ибрагимов мог бы рвануть на край света — дело молодое, но прямиком поехал домой — сильно болел отец, братишка был еще совсем маленький, да и матери требовался помощник.

Однажды Ильдар собрался в клуб, но отец остановил его:

— Жить осталось мне недолго. Помолчи, не перебивай, когда старый человек с тобой разговаривает... Есть у тебя девушка? Вот и хорошо. Познакомь меня с ней, свадьбу сыграем. Тогда и уходить не  страшно будет...

Хотя многие засматривались на симпатичного парня, но никакой девушки у Ильдара и в помине не было. Так, с языка сорвалось. Что делать?

После дискотеки в клубе он встретил одного из многочисленных родственников. Рядом с ним стояла девушка — маленькая, чубчик веселый, как у Незнайки. Когда познакомились, посмеялись, что имена схожи: Ильдар — Ильдария.

Теперь по происшествии 20 лет совместной жизни оба в один голос называют ту встречу подарком судьбы.

К счастью, молодым не пришлось мыкаться по чужим углам. С жильем помогли родители жены и многочисленная родня. Родились дочери — умницы и помощницы. Младшая Гульнара рассказывает:

— Мама у нас замечательная, но так повелось, что мы, девчонки, со своими детскими проблемами почему-то бежали сразу к папе. Сейчас мы уже взрослые: Ильнара учится в Костроме на фармацевта, я — в Кандринской школе № 2, в десятом классе. И я могу рассказать ему свой самый «страшный» секрет. Он все понимает. Даже соседские подружки к нам приходят посоветоваться. Никогда еще такого не было, чтобы он отмахнулся — нет времени или еще что... Одежду для нас мы покупаем вместе. И удивляемся, откуда он знает, что нам нравится?

— А где вы познакомились с Рустиком? — спросила у Ильдара и тут же осеклась, увидев, как у него перехватило от волнения горло. Извинившись, он быстро вышел из комнаты.  

— Когда папа говорит о Рустике, то очень сильно переживает. Покурит и только тогда успокаивается, — объяснила Гульнара.

Медкомиссия обнаружила у Ильдара аритмию. И ему пришлось лечь в кардиологический центр в Уфе.

В перерывах между процедурами выходил погулять. Как-то после ужина увидел женщину, державшую за руку мальчика, такого маленького и беззащитного, что у Ильдара заболело сердце. Когда они подошли поближе, не удержался и потрепал малыша по голове. Тот сразу уцепился за его большой палец и потянул за собой. Воспитательница удивилась: «Ни к кому из взрослых не идет, а к вам потянулся...» Рассказала, что у мальчика нет родителей, первую операцию ему сделали в шесть месяцев, а теперь предстоит еще одна. А Рустаму всего-то 2,5 года...

После этого Ильдар стал часто подниматься на пятый этаж, где располагались детские палаты. Даже нянечки привыкли: стоило им увидеть его, поднимавшегося по лестнице, как они звали Рустика: «Скорей, папа идет!» Мальчик бежал ему навстречу. Ильдар подхватывал его и чувствовал, как бьется маленькое сердце.

В день операции он сам проводил мальчика до палаты и восемь с половиной часов, что длилась операция, не находил себе места.

Вернувшись домой, Ильдар сразу рассказал жене о мальчике. Ильдария по голосу почувствовала, что муж успел прикипеть к нему. И она тоже полюбила его — маленького, худенького человечка, которого ни разу в жизни не видела. Ей захотелось варить для него кашу, покупать игрушки, слушать детскую болтовню...

— Он разговаривает? — спросила Ильдария.

— Почти нет.... — ответил Ильдар.

Ильдария подумала: «Ну и что? Его надо просто любить, и тогда он начнет говорить без умолку, как дочери в детстве». Она стирала, готовила, а хотелось одного — быть рядом с Рустиком. Она представляла, как он бежит ей навстречу с распростертыми, как крылышки, руками. И тогда она сама предложила:

— Возьмем Рустика к себе! Места всем хватит.

Накупив фруктов, поехали в Уфу. Мальчик не отходил от Ильдарии, и, пока сидел у нее на коленях, все время держал ее за руку.

Надо было поставить в известность руководство детского дома, что семья Ибрагимовых решила оформить опекунство над Рустиком. В Стерлитамак поехали втроем — Ильдар с женой взяли и Гульнару.

Когда Ильдар вошел в палату, где жил Рустик, поразило, что у детей (самому старшему четыре года) были пустые глаза. Они походили на маленьких роботов. Чтобы скрыть волнение, погромче сказал: «Привет!», и каждого из двенадцати малышей хлопнул по ладошке. Малышня оживилась лишь тогда, когда нарезали арбуз и каждому досталось большое румяное яблоко.

...На оформление документов понадобилась всего одна неделя.

Когда друг признался, что тоже хочет взять ребенка из детского дома, Ильдар сказал:

— Это ты хорошо придумал. Сейчас много никому ненужных детей... Ты возьмешь одного, другой — меньше будет на земле боли. Но не торопись... Душа должна выбрать сына или дочь. Я три недели лежал в больнице с Рустиком. Узнавал его, каждый день что-то новое в нем открывал. Это ведь живой человек, пусть и маленький. Понимаешь?

Пока я разговаривала с приемными родителями, Рустик напоминал о своем присутствии пшыканьем, рычаньем, болтовней. Он был вездесущ. Успевал поправлять красную бейсболку, постоянно спадавшую ему на глаза (а снять никак нельзя — папина!) и одновременно петь, строить горки из конструктора, находить буковки на экране детского компьютера и такие же — на красочном плакате, висевшем на стене рядом с камином... А в перерывах между делами раздавалось главное слово, которое он сейчас не устает повторять. Обнимает отца: «Люблю!» Вприпрыжку на кухню, там мама готовит обед, и оттуда слышится звонкое: «Люблю тебя сильно!» Не успевает распахнуться дверь в прихожую, мчится туда: «Ненейка!.. Люблю!»

Он похож на звонкий колокольчик. Дарит свою радость-любовь каждому встречному — родственникам, соседям, друзьям и подружкам сестры, незнакомым людям на улице.

Засыпает буквально на ходу, так устает за день. А ночью в его сны приходит беспокойство. Тогда он сползает с кровати и шлепает к отцу — удостовериться, что он на месте. Кладет голову на его подушку, спит стоя, и вздыхает от полноты чувств: «Па-па...»

Ибрагимовы даже представить себе не могут жизни без Рустика. Они соглашаются, что да, раньше было хорошо, но сейчас прибавилось света и радости. Они дарят маленькому человеку любовь, и она возвращается к ним сторицей. При этом все понимают, какая большая ответственность лежит на их плечах. Вырастить ребенка хорошим человеком — дело непростое.

Кто-то скажет, что Ибрагимовым повезло: у них и просторная квартира имеется, и отец-добытчик, который, несмотря на болезнь, делает все возможное, чтобы обеспечить семью... Все правильно. Но ведь, согласитесь, главное в другом — их огромное желание сделать счастливым по сути дела ЧУЖОГО ребенка.

Недавно мальчишка впервые увидел большущий именинный торт и задул на нем три свечки. У него светлая голова: считает, поет, играет на синтезаторе и гармошке, читает книжки. Он учится убирать за собой постель, сам пылесосит. Отец забивает гвоздь наполовину и передает молоток сыну: «Мужчина должен уметь все!» Если падает, споткнувшись, то сам себе говорит: «Большие мальчики не плачут...» И добавляет: «Так папа сказал». Он радуется, что у него есть собственное место за обеденным столом — рядом с отцом.

В гостях приемные родители не задерживаются, потому что малыш скучает по дому.

Ильдар Шакурович работает на Севере, и когда уезжает в командировку,  часто звонит домой, чтобы услышать голоса родных людей.

Все хорошо, вот только к врачам нет-нет да и приходится ездить, чтобы узнать, все ли нормально с сердцем у мальчугана.

Ильдария Фануровна старается из дома отлучаться как можно реже — только тогда, когда приходит бабушка. Но Рустик все равно, провожая, тихо плачет. И тогда ей кажется, что рушится весь белый свет. Успокоившись, Рустик забирается на  подоконник и машет ей вслед, машет...