Нон-стоп
За освещение событий в режиме реального времени



Привычно взглянув в окошечко «мейла» - откуда всегда узнаю температуру в Уфе, определяю гардероб на сегодня: теплый шарф на нос, на ноги валенки. «Погода в Уфе» бесстрастно сообщала, что «за бортом» - минус 34.

- Откуда эти цифры – атмосферное давление, относительная влажность? – размышляла я, притопывая на остановке. 

За ответами я решила направиться на аэрологическую станцию «Уфа-Дема» ГУ «Башкирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды».

…Выхожу из автобуса № 57 на остановке «Улица Минская». Вот она, церквушка, - и от нее прямая дорога к метеостанции – двухэтажное здание с локаторами на крыше.

- Нашли время, в мороз к нам приходить! – засмеялась, узнав, что я приехала по редакционному заданию, Любовь Алексеевна Лобанова, начальник аэрологической станции «Уфа-Дема», - у нас тут, «по блату», благодаря железной дороге, мороз крепче градусов на пять!

- Это точно, - думаю я, потирая побелевшие руки, - приехала как на северный полюс. Демский мороз безжалостно щипал за нос и уши.

- Наша метеостанция организована в 1957 году, - рассказывает Любовь Алексеевна, - мы занимаемся не только наблюдением за состоянием окружающего воздуха, почвы - всего того, что находится на поверхности земли, но зондированием атмосферы вверх.

Как это происходит? Два раза в сутки с метеостанции «Уфа-Дема» в небо отправляется воздушный шар, наполненный водородом (водород на метеостанции получают самостоятельно – путем химической реакции – железо, едкий натр и вода). Шар в диаметре составляет около 1,5 метра. К нему привязывается зонд – прибор небольшого размера, передатчик температуры и влажности.

Прежде чем отправить зонд в небо, сотрудники метеостанции проверяют его работоспособность – устанавливают прибор на наблюдательной площадке и включают. Он начинает передавать состояние атмосферы на локатор метеостанции. Сравнивают значения, которые фиксирует зонд, и те, которые показывают приборы на наблюдательной площадке. Если значения совпадают, зонд отправляется в свободный полет.

Шар с крепко привязанным зондом летит под влиянием воздушных потоков, одновременно удаляясь от станции и поднимаясь вверх. Вот он почти пропал из виду, но его местоположение метеорологи четко знают – на мониторе компьютера, установленного в одном из кабинетов метеостанции, отображаются все координаты – по долготе и широте.

При помощи зонда аэрологи (специалисты по «высоте») определяют температуру, влажность, разряженность воздуха. Прибор одноразовый, обратно не возвращается. В разряженном воздухе верхних слоев атмосферы шар раздувается до 15 кубических метров, и в конце концов разрывается. Максимум высоты взлета - 24 километра. Локатор в это время пеленгует сигналы с датчика, данные поступают в компьютер – и дальность полета, и высота, влажность и температура на этой высоте.

Кроме зонда, на службе у метеорологов находится большое количество приборов, показания с которых они снимают 8 раз в сутки, одновременно с коллегами на всей планете (у метеорологов одно общее время – Всемирное. Разница с московским – минус три часа).

Многие приборы находятся на наблюдательной площадке, куда меня проводит Любовь Алексеевна. Некоторые из них помещены в специальные шкафчики белого цвета. Белые – для того, чтобы не нагревались на солнце, и с отверстиями – чтобы измеряли состояние окружающего воздуха, а не внутри шкафчика.

Приоткрываем один из них. Здесь находится психрометр прибор для измерения влажности воздуха; состоит из двух термометров — сухого и смоченного. Сухой термометр показывает температуру воздуха, а смоченный, теплоприёмник которого обвязан влажным батистом — его собственную температуру, зависящую от интенсивности испарения, происходящего с поверхности его резервуара. Вследствие расхода теплоты на испарение показания смоченного термометра тем ниже, чем суше воздух, влажность которого измеряется. По показаниям сухого и смоченного термометров с помощью психрометрической таблицы, номограмм или счётных линеек, рассчитанных по специальной формуле, определяется относительная влажность.

- В мороз психрометр может показать неточные результаты - содержание в воздухе водяных паров очень мало, - поясняет Любовь Алексеевна, - и его рабочий диапазон температур – не ниже минус 5 градусов.

Мне показывают работу волосного гигрометра, который тоже измеряет влажность окружающего воздуха. Основная деталь этого прибора – настоящий человеческий волос, который способен изменять свою длину при изменении влажности воздуха, что позволяет измерять относительную влажность от 30 до 100 процентов – гигрометр безотказен в морозную погоду.

Мое внимание привлекает прозрачный стеклянный шар. Если смотреть в него, то мир за ним кажется перевернутым.

- Это гелиограф, - рассказывает Любовь Алексеевна. - В шаре свет от солнца преломляется, и на специальной ленте с делениями выжигается «след» от солнца - так мы определяем интенсивность свечения за день.

На наблюдательной площадке натянуты провода – чтобы узнать риск возникновения наледи и изморози на проводах и предупредить соответствующие службы.

Высота снежного покрова и та под контролем – в землю вбита длинная линейка с делениями. На момент моего приезда землю укрывал снег высотой 7 сантиметров. Вниманию метеорологов подвергаются и запас воды в снеге, и его плотность – каждые десять дней метеорологи проходят два километра, чтобы получить данные о снеге вокруг (за каждой метеостанцией закреплен «свой» маршрут снегосъемки). Получив данные, все метеостанции строчат телеграммы в свои территориальные управления, откуда они поступают в город Обнинск - там составляются синоптические карты (выглядят также, как и контурные, которые все заполняли на уроках географии, только на синоптические карты нанесены цифры – данные, которое передали метеорологические службы – дефицит точки росы, скорость и направление ветра, температуру и проч.). По ним и делают прогноз погоды. Теперь начинается работа синоптиков.

…Ну что ж, теперь я точно знаю, что не просто холодно – а минус 32 градуса, не просто ветер - а северо-западный, а атмосфера давит на меня с давлением 756 миллиметров ртутного столба.



С некоторых пор когда «избранные» из мужчин покидают свои дома, их жены, родители, а у тех, кто уже в возрасте, и дети, нервно бродят по дому в надежде на то, что их чадо обойдет стороной некое заведение. Здесь нет вывески, но хозяева заведения, кстати, оные даже не из нашего района, уверяют, что их якобы безобидный бизнес носит название лотерейного клуба. И законодательная база не дает возможности запретить деятельность этих заведений, ведь лотерею нельзя отнести к азартной игре. Нельзя «прошерстить» их и по другим инстанциям – милиции вместе с сотрудниками МЧС, например. Ведь проверка частников разрешена только 1 раз в 3 года. Между тем навряд ли в помещении соблюдены хоть какие-то правила противопожарной безопасности.

1 июля минувшего года вступил в силу Федеральный закон «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр». Игорные заведения всех игорных зон на территории России должны были прекратить свое существование. С тех пор вывеска у игровых клубов действительно сменилась (а то и просто исчезла – как в нашем случае), а вот суть осталась прежней: в них как проигрывали деньги, так и продолжают это делать. Поменялась только схема. Вместо автомата деньги получает менеджер – за лотерейный билет. Нет в автомате купюроприемника – вот и вся разница.

На собственной шкуре…

Дабы понять суть игры и то, почему зианчуринцы за один вечер оставляют в маленькой комнатушке по нескольку тысяч рублей, мы отправились в сие заведение собственной персоной. Видимо, девушка здесь работает новенькая, из глубинки, потому что абсолютно не узнала нас (мы наведывались сюда не раз – совместно с сотрудниками ОБЭП). Она взяла с нас 100 рублей, не выдав взамен ни лотереи, ни жетона – ничего абсолютно. Заплаченная сумма появилась на экране монитора. Сотню мы проигрывали минут 20, зато потом увеличили ставки и догнали выигрыш почти до 300 рублей. Видимо, после этого нас должна была «накрыть» волна азарта. Но мы предпочли взять выигрыш. С недовольным видом девушка-администратор протянула 6 пятидесятирублевых купюр. А за соседним автоматом в это время уже восьмую сотню разменивал 40-летний завсегдатай заведения. И было видно, что он не собирается останавливаться на достигнутом. Подтягивались еще игроки.  Время было 11.00 утра. Заехав вечером, мы обнаружили, что клуб переполнен. Молодые и не очень люди стучали по кнопкам автоматов, потягивая пиво. Только мужчины, кстати. «О-о-о! – протянул уже знакомый нам с утра игрок. – Я же сказал – еще придете. Затягивает ведь?» Поежившись, мы ринулись к выходу… 

«Неужели ничего не поделаешь?»

Куда смотрят контролирующие органы? – с таким вопросом к нам еженедельно обращаются читатели. Звонят в рубрику «Дежурный по району», даже приходят. Фамилии их по понятным причинам не называем, но записи после телефонных звонков аккуратной стопкой пылятся на наших полках. Мы все же смахнем с них пыль и ответим читателям. Коли уж обращались они по всем инстанциям, как, впрочем, и мы – с этим же вопросом. У одного сын не так давно «продул» больше 4 тысяч рублей за вечер, у другого – боязнь за внуков, третья живет в этом доме, где открыто заведение, и жалуется на постоянный шум и беспорядок. Ведь по утрам вокруг дома разбросаны пустые бутылки, окурки, пачки от сигарет. Особенно игрой «в лотерею» увлечены таксисты. И ни один из них не припомнит крупных выигрышей. 7 тысяч проиграл, 500 рублей – больше не было, 4 тысячи… Один из них даже рассказал историю о том, что некий парнишка из Оренбургской области «просадил» в автоматах 30 тысяч, домой возвращался автостопом – не было денег.

Рассказали нам и такую историю. Молодой человек (женатый) стал игроманом еще в то время, когда игровые автоматы свободно располагались в барах райцентра. И добрый, и непьющий Рома (назовем его так) стал вдруг сам на себя не похож – зарплату приносить перестал, в магазинах – сплошные долги. Через некоторое время жене доложили – Рома день и ночь за игровыми автоматами. Когда вышел в свет региональный закон о запрете «одноруких бандитов», и автоматы стали почти недоступны, всей семьей праздновали. Но счастье было недолгим – оно длилось ровно столько, сколько времени надо было «переоборудовать» игровые автоматы в лотерейные. И вот какой-то туземец вновь открыл в Исянгулове теперь уже лотерейный клуб… «Сколько же я видела в клубе плачущих матерей и жен, сколько слез и горя приносят эти автоматы», – говорила в трубку женщина из Исянгулова. Всех, погрязших в игре людей, жалко. Что за жизнь, когда все думы только о походе в клуб… Что за жизнь у их родственников…

Палка о двух концах.

Попав на крючок азарта, соскочить трудно. Недолго радовались жители республики после вступления в силу запрещающего закона об игровых автоматах не желая расставаться со столь прибыльным бизнесом, «игровики» поменяли маски. Ни для кого не секрет, что упраздненные салоны игровых автоматов наживаются на чужой беде и по сей день, функционируя в качестве компьютерных клубов и Интернет-кафе. Доказать, что в подобном клубе происходит запрещенная законом игра на деньги довольно непросто. Лотерейные автоматы не принимают и не выдают деньги. И тем не менее игра основана на риске, что по закону является показателем азартной игры. Проблема в том, что нет регламента, четко разделяющего игровые и лотерейные автоматы. Очевидно, что закон требует существенной доработки. И законотворцы сейчас решают эту задачу. Однако и мы не должны оставаться в стороне, прежде всего те, кто пойман в сети азарта. У всех нас есть близкие – давайте думать о них. Ведь порой проведенные 10 минут с автоматами могут разрушить жизнь наших супругов, детей, родителей.

P.S. Пока материал готовился к печати, в селе открылся еще один так называемый лото-клуб. Здесь еще больше автоматов – около 20. И открыли его опять же предприниматели из города.



17 февраля в галерее «Академия» УГАЭС открылась выставка фотографий, посвященная Чемпионатам РБ по трофи-рейдам и оффроуду в целом. 

Дух странствий и приключений живет в сердце человека всегда. Именно он заставлял открывать новые страны и континенты, спускаться в земные недра и подниматься на неприступные вершины. Бросать вызов миру, окружающим и в первую очередь — самому себе. 

В наше время, когда кажется, что все уже открыто и покорено, когда время и расстояния сжимаются до минимума, дух этот все равно не может никак успокоиться. Где-то в глубинах сознания (или подсознания) бродит, зудит или даже клокочет желание покинуть рабочее место, город, скинуть выглаженную рубашку и тесный галстук и — вперед! К открытию новых горизонтов, к самопознанию. Глотками пить воздух лесных просторов, до одури дышать им, до головокружения. Выпустить на волю из себя «животное», стать частью природы, покорить ее, доказать себе, что смог, выдержал, победил. Чтобы потом вернуться к своим любимым и родным, к ежедневным обязанностям, к цивилизации. И поставить на полку Кубок — доказательство силы своего духа. 

Именно такое впечатление создается при посещении фотовыставки «Жизнь 4х4», организаторы которой стремились максимально погрузить посетителей в атмосферу оффроуда. Где на первом месте — взаимовыручка, сплоченность команды, твердое плечо товарища и дух авантюризма. Куда же без него!



Местные жители и туристы с удивлением поглядывали на толпу детей в кепках с зелеными эмблемами, бредущую по берегу озера Аслы-Куль. А дети шли и собирали мусор. Вмести с ними берег чистили учителя, сотрудники Минэкологии РБ, районо, журналисты. Так проводилась ежегодная экологическая акция "Аслы-Куль".

Это озеро нередко называют "жемчужиной Башкортостана". И оно того действительно стоит. Самый крупный природный резервуар пресной воды в республике, расположенный в живописном месте, населенный уникальными видами рыб, птиц, земноводных, многие из которых являются эндемиками этих мест. Мерно покачиваются на воде лебеди, в небе тянется вереница журавлей.

Но все это очарование природы отравляют тонны мусора. Местность вокруг озера напоминает не курортную зону, а скорее, городскую свалку. Каждое лето берега Аслы-Куля буквально пестрят палатками и машинами. Тысячи отдыхающих съезжаются сюда со всей республики и из соседних регионов, оставляя после себя десятки тысяч бутылок, консервных банок и прочих отходов жизнедеятельности.

Экологическая ситуация на озере особенно усугубилась в последние годы. Местные старожилы поговаривают, что в советские времена такого безобразия здесь все-таки не было. И туристов не так много съезжалось, да и народ был более сознательный, поменьше гадил.

На борьбу с мусором вышли около ста детей из семи давлекановских школ. Любопытно было наблюдать их отношение к происходящему. Большинство работали на совесть, с энтузиазмом, понимая, что чистое озеро нужно в первую очередь им самим. Ведь многие из них живут неподалеку, в соседних селах, и каждое лето приезжают сюда отдыхать. Конечно, дети есть дети. Под конец акции многие из них устали и начали проситься домой, но разговоров в духе "А зачем нам это нужно? Что мы, рыжие что ли?" слышно не было.

Мусор, собранный школьниками, пришлось увозить на нескольких машинах. Но еще больше его осталось на берегу. Юным участникам акции, конечно же, не под силу было обойти все озеро по периметру. А сколько еще пластиковых бутылок плавает на поверхности озера, сколько мусора лежит на дне!

Участие детей в экологической акции можно назвать палкой о двух концах. С одной стороны, хорошо, что у подрастающего поколения уже в столь юном возрасте формируется бережное отношение к окружающей среде. Вряд ли ребята, собственноручно очищавшие озеро, станут потом его загрязнять. Да и своих менее сознательных товарищей, наверняка, удержат от такого поступка. Это вселяет определенные надежды на то, что наша планета в будущем сохранит свое накопленное за миллионы лет природное богатство, а не погрязнет в океане мусора.

С другой стороны, многие из родителей школьников были против участия детей в акции. Подобную позицию легко можно понять. Никому не понравится, что его ребенок собирает за кем-то пивные бутылки и презервативы. С какой стати дети должны выгребать всю эту помойку?

Пагубное воздействие человека на озеро усиливается с каждым годом. И проявляется оно не только в скапливающихся горах мусора.

- Еще совсем недавно на одном из заливных берегов озера ежегодно гнездилось не менее 20 пар лебедей, - рассказывает заместитель начальника отдела работы с ООПТ и сохранения биоразнообразия Минэкологии РБ Айдар Туктамышев. - По соседству открыли сейлбордклуб. Занятие, на первый взгляд, вполне безобидное. Люди катаются на досках с парусом. Но своим развлечением отдыхающие потревожили птиц, и лебедей мы с тех пор на этом берегу больше не видели.

Проблема с экологическим состоянием Аслы-Куля гораздо серьезнее, чем это может показаться на первый взгляд. Сейчас ясно одно: любыми силами и средствами необходимо спасти и сохранить этот памятник природы для будущих поколений. Другой вопрос - как это сделать?

Проще всего было бы огородить Аслы-Куль забором и никого к нему не подпускать. Но это не выход.

- Мы не имеем права ограничивать людям подход к озеру, - говорит Айдар Туктамышев. - Каждый гражданин нашей страны имеет право доступа к природным богатствам, каждый вправе приезжать и отдыхать здесь. Другое дело, что отдых этот должен быть контролируемым. Не должно быть мусора, не должно быть машин по берегам.

Во всем цивилизованном мире проблемы подобного рода решаются просто. Береговая зона отдается в аренду организациям и индивидуальным предпринимателям, которые занимаются обустройством отдыха приезжих, чистят территорию и зарабатывают на этом деньги. Подобную практику начали внедрять и на Аслы-Куле. Только вот мусора от этого почему-то не убавилось. На берегу появились магазины, с приезжих взимается плата за проход на пляж. А груды мусора по-прежнему высятся вокруг озера. Возникают вполне правомерные вопросы: на что расходуются те средства, которые собираются с отдыхающих? И кто теперь должен нести ответственность за накапливающийся мусор?

Экологическая акция - мера единичного характера. Дети не могут каждый день выгребать помойку. Да и неправильно было бы просить их об этом. Школьники способны лишь прилечь внимание общественности, показать, что им не безразлична судьба родного края. А дальше должны быть уже приняты меры иного рода.

Пока решаются вопросы о том, что же делать с мусором, и кто должен его убирать, Минэкологии республики и районная администрация с тревогой ожидают приближения лета. По прогнозам, в нынешнем сезоне на Аслы-Куле ожидается особенно большой наплыв отдыхающих. Из-за экономического кризиса многие из тех, кто в прежние годы отдыхал за границей, теперь не смогут себе этого позволить, а значит, потянутся на природу в родных краях. Даже сейчас озеро сильно замусорено. А ведь пляжный сезон еще и не начался. Как будет выглядеть Аслы- Куль к концу августа, сложно даже представить.

Удастся ли экологам сохранить "жемчужину Башкортостана" и должны ли дети убирать свалку за несознательными взрослыми? Ответ на эти вопросы каждый должен найти для себя сам. Однако в памяти всплывает хорошая поговорка о том, что чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят. Если большая часть нашего населения продолжает жить по принципу "после нас хоть потоп", для спасения Аслы-Куля не хватит никаких сил и средств.



Педсовет преподавателей основ Ислама прошел сегодня в уфимской мечети «Ихлас». В этом мероприятии приняли участие представители Духовного управления мусульман Республики Башкортостан (ДУМ РБ), Башкирского государственного педагогического университета имени М. Акмуллы (БГПУ им. М. Акмуллы), различных общественных и религиозных организаций, а также более 30 духовных наставников, ведущих курсы основ Ислама при мечетях города.

— Подобные семинары становятся уже традиционными, они проводятся дважды в год, однако в таком масштабе это мероприятие проходит впервые, — сказал имам-хатыб мечети «Ихлас» Мухамет Галлямов.

В рамках педсовета были обсуждены наиболее актуальные проблемы просвещения в местных мусульманских организациях и состояние духовного образования в стране в целом.

— К сожалению, ситуация сложилась таким образом, что в современном мире неизмеримо велик оказался разрыв между знанием светским и религиозным, а точнее, знанием о религии, — сказал заместитель председателя ДУМ РБ по вопросам образования, внешних связей и связей с общественностью Руслан Саяхов. — На фоне высокого уровня образованности многие наши соотечественники имеют весьма скудные знания о религии, приверженцами которой себя считают. Причем это справедливо в отношении представителей разных конфессий.

В тех же случаях, когда человек желает разнообразить свой внутренний мир знанием о религии, он сталкивается с проблемой получения этого знания. Наиболее доступными источниками для самообразования сегодня остаются интернет и книги. Но интернету не всегда можно доверять, поскольку информация, размещенная в нем, в большинстве случаев никем не контролируется. Такие тексты могут не соответствовать каноническим первоисточникам, искажать исторические факты. Это же вполне справедливо и в отношении массы издающейся сегодня религиозной литературы. Книжный бизнес – один из самых выгодных, и недобросовестные издатели, преследующие только коммерческий интерес, мало задумываются о том, что они выпускают на прилавки магазинов.

— Необходимо, чтобы отбор материала при знакомстве с религиозным учением велся не самим обучаемым, а наставником, имеющим большой багаж опыта и знаний в этой сфере, — считает Руслан Саяхов. – Наличие наставника имеет большое значение еще и потому, что никакие книги не смогут заменить живой процесс обучения, которому сопутствует общение, подкрепление материала примерами из жизни. Ведь именно на учителе держится духовность нашего общества. Знания, накопленные человечеством на протяжении многих веков, фиксировались на разных носителях, но в роли их интерпретатора всегда выступал учитель – живой человек, без которого бесполезной оказалась бы большая часть библиотек.

Качественные знания о религии получают, как правило, только духовные работники, окончившие религиозные учебные заведения, как в России, так и за рубежом. Но таких людей немного, и это абсолютно нормально, поскольку далеко не каждому уготовано быть священником.

Среди исламского духовенства для того, чтобы упростить процесс получения знаний о религиозном учении широкими массами, все чаще в последнее время практикуется организация специальных курсов при мечетях. Их целью не является подготовка будущего духовенства, на таких курсах люди просто знакомятся с основами религии, учатся терпимости по отношению к представителям других конфессий.

Преподаватели ведут такие курсы на общественных началах. Причем для того, чтобы получить право на такую деятельность необходимо пройти соответствующую аттестацию в ДУМ РБ. В нашей республике первым такую аттестацию прошел коллектив педагогов при мечети «Ихлас». Сегодня здесь ведут курсы 24 преподавателя, а число прихожан, посещающих их, доходит до пяти сотен.

— Такая форма исламского образования имеет целый ряд преимуществ, — считает Руслан Саяхов. – Во-первых, простота организации, по сравнению, например, с медресе. Такие курсы не требуют дополнительных лицензий, специальных площадей и оборудования. Во-вторых, возможность дифференцирования слушателей по возрасту, уровню образования и другим критериям. Если, скажем, среди прихожан формируется прослойка хорошо образованных людей, то для них можно проводить занятия по более серьезным темам с углубленным изучением основ Ислама. Соответственно, если подбирается группа детей, для них организуются свои курсы. Несомненными преимуществами курсов являются и их доступность, поскольку они бесплатны, и большая свобода преподавателя, не ограниченного узкими рамками каких-либо правил, существующих в специальных учебных заведениях, и просто возможность свободного общения людей в здоровой обстановке, организация досуга, что особенно актуально для молодежи.

Наряду с этим у таких курсов пока что есть и ряд существенных недостатков. Основной из них – это низкий уровень взаимной ответственности, как со стороны преподавателя, так и со стороны слушателя. Учащийся может сегодня прийти на занятия, а завтра не прийти, поскольку посещение курсов не является для него обязательным. Соответственно, и учитель, работающий на общественных началах, в любой момент может прекратить процесс обучения. Другой минус курсов состоит в том, что большинство преподавателей, ведущих их, имеют хорошее светское образование, но в сфере религиозного знания являются самоучками.

— Вопросы исламского образования в нашей стране тесно связаны с целым рядом проблем, накопившихся в системе общего образования как в России, так и за рубежом, — считает директор научно-исследовательского центра «Развитие мусульманского образования», профессор БГПУ им. М. Акмуллы Валерий Хазиев. – Проблемы эти связаны с тем, что, начиная с эпохи Просвещения, мировая система образования, прежде всего европейская, была построена на приоритете накопления знания. Эту модель переняли и мы в советскую эпоху. Если взглянуть на наши школы сегодня, то можно увидеть, что с первого по одиннадцатый класс детей пичкают знаниями, 87% которых в последующей жизни им никогда не пригодятся. В то же время дисциплин, которые способствовали бы формированию в сознании подрастающего поколения эстетических и моральных категорий, необходимых каждому человеку на протяжении всей жизни, таких, как дружба, честь, достоинство, любовь, милосердие, сострадание, в школе нет. И хотя и принято считать, что в наших школах процесс обучения совмещен с процессом воспитания, но воспитание это, к сожалению, в большинстве случаев остается чисто формальным.

Основы решения многих из этих проблем современной системы образования, по словам Валерия Хазиева, были заложены еще 13 столетий назад средневековым педагогом и богословом Абу-Ханифой, который рассматривал человека как единение тела, чувств и разума.

— Если рассмотреть метод обучения, предложенный в свое время Абу-Ханифой, в свете современных проблем педагогики, то можно отчетливо увидеть позицию, предлагающую совмещать линейное накопление знаний с воспитанием духовности в человеке, с молитвами и многим другим, что не поддается рациональной систематике, — считает Валерий Хазиев. – Применение подобных методов в наши дни помогло бы обществу избавиться от той узурпации технократизма, которая царит сегодня в образовательной системе. Необходимость этого тем более очевидна, что долгое противостояние науки и религии до сих пор не принесло полной победы ни той, ни другой стороне. Человек всегда будет больше, чем просто его ум и знания. В нем еще много такого, что нельзя положить под пресс эксперимента и практического критерия проверки на истинность. Например, милосердие или чувство красоты.

Что касается непосредственно системы мусульманского образования, то в нашей стране, она, по мнению Валерия Хазиева, должна сохранять и преумножать гуманистические ценности ислама, будучи адаптированной к нашим условиям – менталитету, речи, быту, моде, национальной кухне.

— Ни в коем случае российская система мусульманского образования не может быть скопирована с турецкой, египетской или иранской, — считает Валерий Хазиев. – Во многом она может им даже противоречить. Например, неверным для нас был бы восточный запрет для женщины смотреть мужу в глаза. Жены российских мусульман прошли бок о бок со своими мужьями коллективизацию, индустриализацию, сталинский геноцид, войну и многие другие ужасы XX века, и имеют не меньше прав, чем мужчины.

Наряду с этим, по мнению Валерия Хазиева, российская система мусульманского образования должна использовать все самые современные технические методы обучения, объединять в себе научное и духовное начала, совмещать процесс обучения с процессом воспитания, формировать в человеке патриотизм и толерантность – как конфессиональную, так и национальную.



Самолет прыгнул с высоты на узкую полоску бетона, и в гигантском салоне «Боинга» грянули аплодисменты – слава богу, полет завершился удачно, все живы-здоровы.

Все, кто впервые прилетели сюда, прильнули к иллюминаторам. За ними - необычная для россиян картина: море, ряд высоченных пальм, песчаная, пустынная полоса и густой «частокол» гор. На этом полуострове все Синайское: пустыня Синайская, горный массив - тоже и даже отдельная вершина, о которой пойдет речь ниже, имеет название Синай. В переводе с арабского «сина» - зубы. Горы и в самом деле напоминают клыки гигантского зверя. Они остроконечны, безжизненны и неуютны на первый взгляд. Глядя на них, сразу возник вопрос: господи, и из-за чего так долго и упорно египтяне и израильтяне делят полуостров? Вроде понятно – цели политические, стратегические, экономические: все-таки он соединяет Восток с Западом… И если вспомнить историю, то сразу все встает на свои места. Мне кажется, исторический контекст – наиболее веский в данной проблеме. Синай – священная земля и для иудеев, и для христиан, и для мусульман, а влияние религии здесь очень сильно.. Здесь, согласно Ветхому Завету, произошли важнейшие библейские события, связанные с божественными заповедями, здесь по пустыне Моисей сорок лет вел народ израилев в Землю обетованную Ханаан, здесь растет Неопалимая купина.

Несмотря на жуткие условия обитания в пустыне и Синайских горах, тысячи и тысячи людей приходили сюда в поисках спокойного прибежища для молитв и спасения во времена гонений. Вот он какой, Синай!

Город без жителей

Только часть узкого побережья Красного моря пригодна для обитания. Да и то весьма условного. Постоянные жители, хозяева полуострова – бедуины. Это кочевой народ, как у нас цыгане. Их очень мало, они, в основном, необразованы, живут без документов и вольны как ветер.

… Расселись по автобусам. После приветствия и небольшой информации о  том, как себя вести в этой стране, задаем гиду дежурный вопрос:

- А сколько постоянных жителей в Шарме?

И ответ получаем весьма неожиданный:

- Нисколько. (?!)

На Синайском полуострове все, кроме бедуинов, приезжие. В том числе и те, кто здесь работает годами. Но еще практически не увидев египтян, я прониклась к ним величайшим уважением. Двадцать лет назад вдали от цивилизованного жилья (до Каира по шоссе хорошим ходом 6-7 часов езды) они стали осваивать безжизненный, пустынный берег Красного моря и построили города-сказки. Это несомненно подвиг. Трудовой. Ведь тут практически нет пресной воды, нет растительности, жара в летние месяцы зашкаливает за 50 градусов в тени. Здесь сложно жить не только людям, но и животным. В пустыне мы видели много погибших белых аистов – вероятно, перелетая в межсезонье с одного места обитания на другое, они без воды и бескормицы нашли здесь свой вечный приют. Очень печальное зрелище.

Поездка на «Луну»

Вам приходилось бывать на Луне? Нет? Мне тоже. Но, судя по фотографиям с лунохода, есть на Синае место, напоминающее фантастические пейзажи с земной спутницы, - это Цветной каньон.

«Лэнд Крузер» в назначенное время прихватив нас, шестерых россиян, из разных отелей, устремился по узкой ленте шоссе вдоль побережья Красного моря. Дорога то устремлялась вдаль по прямой, то петляла между гор. Там, где горы особенно близко подступали к дорожному полотну, на обочинах высились горы песка – здесь недавно работал бульдозер.  По словам гида, 2-3 раза в год на Синае случаются ливневые дожди, с гор устремляются грязевые потоки, несущие песок, камни, и погребают местами под собой шоссе...

Наш гид, 27-летний симпатичный египтянин Мохаммед, кратко посвятил нас в обычаи бедуинов, жилища-сарайчики которых изредка попадались нам на пути. Затем с полчаса едем молча, и моя соседка Света не  удержалась от расспросов о личной жизни нашего сопровождающего:

- Мохаммед, а у тебя есть жена? 

- Пока нет. Мне некогда искать себе невесту, я почти весь год работаю в Шарм-Ель-Шейхе. 

Родители Мохаммеда живут недалеко от Пирамид, отец строит для будущей семьи сына второй этаж дома. Мама к его приезду старается подыскать ему невесту и всякий раз показывает фотографию с очередной претенденткой. Мохаммед – единственный сын в семье (еще есть четверо дочерей), поэтому он не служил в армии. Он выучился в университете, потому что без образования, по его словам, шансы получить работу в Каире чрезвычайно малы.

- Я учу русский язык и историю Египта, – говорит Мохаммед. - Через два года надеюсь стать гидом по  Каиру. Там дом. И тогда женюсь.  В Шарме снимаем квартиру на 6-7 человек, платим по сто долларов в месяц. Это очень тяжело...

Миновав маленькие курортные города Дахаб и Нувейбу, джип помчал в глубь полуострова, и теперь стало понятно, почему мы поехали не на микроавтобусе, а на японском внедорожнике - дальше началась настоящая «Луна». И я с первых минут влюбилась в этот удивительный пейзаж. Малопривлекательные, голые, зубастые вершины, стоящие грозной стеной у Шарма, здесь, при подъезде к каньону, впустившие нас к себе, оказались настолько уютными! Продолговатые, округленные, они напоминали спины гигантских животных, греющихся под солнышком на теплом желтом песке. 

Полчаса джип-сафари по красивейшим местам, и мы остановились на краю большого плато, обрамленного горами. Здесь нас уже ждали несколько таких же авто, звучала английская, немецкая, итальянская речь. И тут  мы под предводительством зажаренного до черноты бедуина пошли в горы …вниз. Да-да, ведь Цветной каньон – это русло высохшей некогда глубокой (говорят, до 100 метров) и извилистой древней реки, промывшей себе дорогу среди отвесных склонов. Песчаная тропа по дну ущелья местами с двухметровой ширины сужается до полуметра и практически до полного исчезновения – наклонные стены его выступами сходятся, как зубчики в замочке. Эти участки пришлось преодолевать, упираясь ногами и руками в уступы. А в одном месте особенно туго пришлось «крупногабаритным» туристам – дорогу преградил большой валун, как бы застрявший между круто сходящимися сторонами каньона,  осталось только небольшое треугольное отверстие, через которое и пришлось им «просочиться». Но все препятствия просто меркнут перед таинственной, сказочной красотой ущелья – оно поражает и своими диковинными изгибами, и игрой цвета пород, менящихся от белоснежного, розового разной насыщенности до серо-голубого. Иногда я останавливалась в изумлении от удивительной природной «архитектуры» каньона - неужели все это на Земле! Стены его - то гладкие, отшлифованные ветрами, то испещреные причудливыми раковинами, перетяжками, наподобие сросшихся сталактитов и сталагмитов. 

Каньон - это одно большое, длительное «ах!». Но оно, к сожаленью, быстро закончилось – всего полтора фантастических часа по 700-метровому  «лунному» лабиринту. Теперь там осталась частичка моего сердца.

«Светлячки» в ночи

« И сказал Господь Моисею: вытеши себе две скрижали, .. и я напишу на сих скрижалях слова… И будь готов к утру; и взойди утром на гору Синай, и предстань передо мною там на вершине горы». (34: 1,2, Вторая книга Моисея, Ветхий завет).

«И пробыл там Моисей у Господа сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел, и воды не пил, и написал на скрижалях слова завета, десятословие». (34: 28, там же)

Дважды в неделю сотни поломников из разных стран мира поднимаются на гору Синай, или гору Моисея, как ее называют в Египте. Согласно Торе, Библии и Корану, это та самая гора Хорив, на вершине которой Господь явил пророку Моисею свое откровение в виде десяти заповедей.

Человеку, на мой взгляд,  не обязательно участвовать в различных таинствах, ходить в церковь или мечеть, важно, чтобы в глубине души, был свой бог, который вел бы его по жизни: в чем-то останавливал, а где-то подталкивал вперед. Если миллиарды людей за историю существования человечества поклонялись и чтут до сих пор бога вездесущего, значит, это имеет право быть, и все, что связано с историей вероисповедания, уже свято. И это притягивает. Может быть поэтому, когда узнала о горе Моисея (названной в честь человека, передавшего миру весть о единстве Бога), диллемы взойти на нее или побывать на пирамидах не было – конечно, гора.

…В девять часов вечера автобус покатил нас сначала по побережью, а за Нувейбой свернул в горы. В полночь мы были у перевалочной базы, куда перед восхождением съехались все иностранные группы. И хотя предупредили, что наверху температура едва достигает пяти градусов по Цельсию и дует достаточно сильный ветер, некоторые самонадеянно оделись в бриджики и легкие курточки. Ночная свежесть еще до начала подъема отрезвила их головы, и они стали покупать пончо и большие арабские шерстяные платки у торговцев-арабов. О цене уже не рядились.

Всем вручили фонари, и началось ночное восхождение на вершину Синая.  Туда ведут две дороги. Первый - короткий, но крутой и опасный для ночного подъема путь по 3750 «ступеням»-валунам, уложенным монахами еще в первом тысячелетии. А туристов и поломников ведут по относительно новому (с 19-го века), более безопасному серпантину, плавно огибающему гору несколько раз. Слева в отдалении оставалась большая группа огней – это нас благославлял в путь монастырь Святой Екатерины, святыня христианского мира, и длинная вереница «светлячков» потекла в ночи. Зрелище потрясающее!

Через каждые 900 метров группы останавливаются на короткую передышку, во время которой кто-то успевал хлебнуть чайку или кофе, а кто-то даже вздремнуть. И снова подъем. Были туристы, не рассчитавшие свои силы (возраст или больные суставы), но не оказалось таких, кто потерял бы своего устремления достичь вершины во что бы это ни стало. В нашей группе одна женщина лет 55-60 захромала буквально через несколько сот метров подъема, но продолжила путь на долговязом верблюде в сопровождении бедуина. Наверное, это достаточно жутковато в кромешной темноте дефилировать на двухметровой высоте по неогражденной тропе, когда луч фонаря упирается в никуда -  слева практически обрыв в триста метров.

Шестой час утра. И вот мы на последней стоянке, дальше даже привычные к хождению в горах верблюды – уже не помощники. Здесь оба пути (и серпантинный, и прямой) сходятся – и впереди только финишные 750 ступеней из разновеликих валунов. Наше пристанище – сарайчик из камня и железа, сносно защищающий от ветра и холода, -показался нам райским местом. После ужина в отеле прошло около десяти часов, но показалось, что я не ела двое суток, и при виде шоколадных батончиков и горячего чая от моей решимости дотянуть до обеда в Шарме  не осталось и следа. Проглотив за 5 минут брикетик «Баунти», я снова обрела способность идти. 

Последние 20 минут подъема показались самыми тяжелыми – тропа стала круче. Все группы уже перепутались, и люди шли плотной вереницей. Впереди юная пара переговаривались на немецком, в затылок надсадно дышал англичанин-астматик с кинокамерой. Ему было несомненно тяжело, но, видимо, он ОЧЕНЬ хотел на Синай и желание ему в этом помогало.

А вот и цель нашего похода – вершина.  Здесь, на обрывистой оконечности, стоит часовня Святой Троицы. К северу от нее - пещера, где Моисей, по преданию, разговаривал с Богом. Едва-едва светает, но уже видно, как много народу скопилось тут, и людская река, текущая вспять – в гору, – еще не останавливается. Добрая половина из них поднимается с одеялами, взятыми тут же на прокат у вездесущих бедуинов - до рассвета еще полчаса, на ветру можно окончательно закоченеть. Кое-кто из ранее прибывших, закутался и прикорнул в укромном местечке у валунов. Вот сидит здоровенный  рыжий детина, из одеяла выглядывает только круглое лицо и козырек кепки. Глаза у него закрыты, а на губах - детская умиротворенная полуулыбка. Может снится приятное, а может, радуется в дрёме, что дошел …

Длинная полоса неба над далекими зубцами гор начала окрашиваться в оранжево-красно-желтый тон. Её разрезали тонкие нити облаков. Солнечный диск ещё не появился, а макушки окрестных гор и часовня стали неестественно ярко-желтыми, а все остальное пространство - сине-фиолетовым. Неужели настает тот момент, ради которого сюда идут тысячи и тысячи людей со всего света? Здесь, среди камней, ветхозаветный Моисей, согласно преданию, провел сорок дней и ночей  без еды и питья, разговаривал с Богом и обрел такие внутренние силу и свет, что люди не могли даже смотреть на него. Здесь он получил от Бога скрижали с десятью заповедями, которых придерживаются и иудеи, и христиане, и мусульмане.

Солнечный диск, словно цыпленок из яйца, «вылупился» из-за гор. Это произошло неожиданно быстро, и вокруг открылась захватывающая дух панорама синайских вершин. Сразу стало теплее и радостнее, как, наверное, и в мыслях у каждого, кто там находился.

Возвращались крутой тропой Моисея – каменными ступенями. Прошли врата Веры, исповедальные врата, часовню, где жил Святой Илья. Через час в залитой солнцем низине между гор показался самый древний христианский монастырь – монастырь Святой Екатерины, имеющий очень длинную историю. И вроде - вот он, рукой подать, но спуск к нему занял еще не менее часа. 

Согласно хроникам, в 330 году на месте произрастания Неопалимой купины по просьбе монахов-отшельников была построена часовня - там они собирались по праздникам. Затем император Юстиниан в 530 году повелел построить рядом храм Преображения.

Мы побывали и в храме, и в склепе, где хранятся мощи монахов. Интересен тот факт, что властители, завоеватели независимо от их вероисповедания, покровительствовали монастырю во все века. 

К сожалению для туристов, но, наверное, во благо древним документам, мы не попали в книгохранилище - несмотря на то, что монастырь совсем небольшой, здесь содержится вторая по значению коллекция древних манускриптов и икон после Ватиканской. Отсюда происходит два знаменитых античных кодекса: Сирийский и Синайский. Первый является сирийской версией Евангелия, датированной IV-м веком. Там хранится древнейшая (VI века) икона с изображением Христа.

Перед тем как покинуть монастырь, мы побывали у древней часовни. Площадка возле нее очень маленькая, а туристов было так много, что мы задержались на ней не более, чем на пару минут. Но я все же успела, привстав на носки, дотянуться до веточки Неопалимой Купины и загадать желание – желание вернуться сюда в недалеком будущем, повторив тот же путь через гору Моисея.



Заморский грипп и египетский госпиталь в ощущениях белоречанки

Прошел ровно год после моей поездки на Синайский полуостров с восхожением на гору Моисея, посещением Цветного каньона, стоянки бедуинов, супер-сафари по пустыне. И я предприняла вторую поездку в Египет, но уже в африканскую его часть - там тоже много интересного. Кого, например, не взволнует только одно название древнего города Фивы, известного каждому школяру с 5 класса? Говорят, очень внушительна Асуанская плотина, обворожительна Александрия, а уж о грандиозности пирамид в Каире не догадываются, наверное, только груднички.  Но не всем нашим планам, бывает, суждено сбыться…  Вместо контрастов Каира мне был уготован госпиталь Хургады…

На прием к «Айболиту»

Попасть из минус 15 в плюс 20 градусов получилось очень быстро – пять часов лету, и вот она, Африка, берег лазурного Red Sea. Но Хургада в ноябре оказалась не столь теплой как хотелось бы. С утра прохладный ветерок, небольшая облачность, которая к обеду обычно рассеивается…

Сначала заболело горло. Зная об антисептических свойствах морской воды (благо ее было целое очень соленое Красное море), я уплывала подальше от берега и полоскала ею горло. И надо отдать  ей должное  - удалось немного купировать боль, но голос с каждым днем становился все более сиплым. К вечеру третьего дня, лицезрев в зеркало свою красную физиономию, пришлось констатировать факт: у нас температура и, похоже, немаленькая. Понятное дело - таблетка аспирина на ночь. А наутро, когда мне предстояла поездка в Каир, позвонила в страховую кампанию, попросив врачебной помощи. Через час ко входу в отель подъехал «Пежо», и мы отправились на прием в Europian Clinik. Там, первым делом оплатив франшизу в 30 долларов (обозвав  в душе «шизиками» тех, кто ее придумал), я стала обладательницей медицинской страховки, всю полезность которой мне удалось ощутить сполна буквально через несколько дней. 

Молодой, но степенный доктор-египтянин, прослушав деревянной трубочкой легкие (прямо, как Айболит  из сказки Чуковского), другой подобной же заглянув в ухо, посмотрев горло и нос, сделал укол от температуры (несмотря на то, что было утро, у меня оказалось 39 градусов). Затем вручил сиропчики, таблетки антибиотика (!) и отправил в отель. 

К вечеру снова поднялся жар, состояние - сомнамбулическое. В ближайшей аптеке оказались только европейские, тоненькие термометры. Как я не пыталась увидеть столбик ртути, мне это сразу не удалось, и разглядывать его показания пришлось пожилому сотруднику отеля на ресепшене. Он то снимал свои очки, то снова их надевал. Потом посмотрел на меня и спросил по-английски: «Это чья температура?» Услышав  ответ, посмотрел недоверчиво и попросил тут же перемерить. На мой немой вопрос, он ответил: «Сорок»,  усадил на диван, приказав не двигаться, и вызвал дежурного врача. Тот тут же сделал мне жаропонижающий укол, отменил лекарства предыдущего доктора и назначил лошадиную дозу парацетамола. Свою миссию на этом, по-видимому, он считал законченной. Буквально через несколько секунд мне пришлось вернуться к нему в маленький кабинет за забытым мною термометром – доктор, улыбаясь, разглядывал себя в зеркале и приглаживал свою умасленную шевелюру и бакенбарды. Он явно был доволен собою… Это потом мне сказали, что он должен был меня сразу отправить с госпиталь, ведь признаки гриппа были налицо.

Утром в кафе я уговаривала себя не упасть за столом от слабости и гудения в голове. Не чувствуя вкуса пищи, я механически пережевала несколько кусочков овощей и поплелась в номер…  И снова вечер, и, несмотря на поглощаемые мною жаропонижающие,  столбик термометра неумолимо полз вверх. Я лежала, стараясь не шевелиться – сердце, на которое я прежде никогда не жаловалась, периодами стучало так, словно я только что пробежала стометровку, то вдруг замирало. Потом появилось покалывание в конечностях.  Интуиция подсказала, что ничего хорошего в ближайшие минуты меня не ожидает, и я сразу же позвонила своему гиду, он посоветовал срочно обратиться в страховую компанию. На звонок туда мне ответили, что высылают скорую помощь… 

Время потянулось мучительно долго. Вскоре я перестала чувствовать руки и ноги, онемение поднималось все выше и выше. Появилось самое ужасное ощущение - словно большой спрут стал сжимать, скручивать все мои внутренности, и хватка его крепла с каждой минутой. Казалось, вот еще чуть-чуть, он схватит сердце и перехватит горло. Перед мысленным взором в доли секунды пролетела вся жизнь, мелькнули лица близких мне людей, мамы – «она не переживет»… Подумала в отчаянии: «Бог, если ты есть, помоги!», и тут же себе: «Стоп! Без паники! Дышать до последнего…просто так не сдамся!» Чтобы не потерять сознание, я стала отчаянно дышать (тут очень пригодились навыки глубокого йоговского дыхания). Сколько прошло времени – уже не помню, пришли служащие из главного корпуса отеля, раскрыли все окна, двери, и только потом приехала скорая помощь…

Доктор Ахмат, словно оправдываясь за задержку, показал мне свою руку, на ней пластырем  был прикреплен «вертолетик»: у него тоже высокая температура и ему только что ставили капельницу…

А потом Центральный госпиталь Хургады, жаропонижающие, раствор глюкозы, антибиотики в вену. И что интересно, за все время лечения мне не сделали ни одного укола, не считая установок «вертолетика»! Единственное место, которое торжествовало, – это была моя «пятая точка»…

Меня поселили одну в большую, светлую трехместную палату с высоченными потолками и мраморным, зеркальным полом. При комнате туалет, душ, шкаф для одежды и большая лоджия с видом на лазурное Красное море, где у полоски рифов на якоре стояли беленькие яхточки. Все великолепно, но, честное слово, в тот момент я бы все отдала, чтобы только быстрее вернуться в Россию…

В первое же утро в палату пришла делегация докторов в масках. Троих я видела в первый и последний раз, они говорили только на арабском. Четвертый, по-видимому  лечащий врач, говорил по-английски, но он только осведомился о самочувствии и взял из горла анализ на тип гриппа. Никаких многочисленных анализов крови, мочи и прочего. Мне сказали, что анализ будут делать в Каире, и он через день будет готов. 

А потом начались многочисленные звонки. В трубке мужскими и женскими голосами у меня справлялись о самочувствии, предлагали помощь, выспрашивали мои пожелания. Звонили из турфирмы, страхового агентства и еще бог знает откуда, даже российского посольства (спасибо сыну, он поднял из Белорецка, как говорится, «на уши» всех, кого только мог!). Я была удивлена, тронута их вниманием и даже что-то попросила: кажется,  поесть и полотенце (все осталось в отеле, а здесь – не полагается). Они обещали «то, это, регулярно», но….ничего не выполняли. А есть после трехдневного вынужденного поста и спада температуры хотелось жутко.

За сто граммов черного чая – все что угодно!

Еду в госпитале приносят три раза в день, но съедобной для российского желудка, учитывая состояние человека при гриппе и приеме антибиотиков, она может быть только полраза. Попробую расшифровать. 

На завтрак была темная лепешка из муки грубого помола с добавлением отрубей («иш» по-арабски), треугольничек мягкого, но очень кислого сыра и крошечная (дорожная) баночка с джемом. На ужин то же самое, только вместо джема – желтый апельсин. (Да-да, никаких каши, постненького супчика, омлетика, кефирчика, молочка, как в наших стационарах! Поверьте, они были в те дни столь желанными!)  После первого завтрака к вечеру желудок, на который я в принципе почти никогда не жаловалась, скрутило так, что от этой еды, кроме вечернего апельсина, пришлось отказаться раз и навсегда. Питье - только в баре на первом этаже, куда доступа у пациентов, конечно, нет. Пластиковая бутылка воды стоит 4 доллара плюс 1 доллар за услуги доставки медсестре. 

 Горячий обед меня обрадовал больше. Он тоже был постоянным: рис, салат из свежих овощей, ломтик говядины или курицы и тушеные в пальмовом масле баклажаны. Но из всего этого изобилия через пару дней по той же самой причине пришлось оставить только мясо и пару ложек салата. Так что к этому моему дневному рациону добавлялся только один твердый, терпкий, но необычайно питательный свежий финик (из моих небольших запасов, которые нужно было растянуть на неопределенное время) на завтрак, апельсин – на ужин и бутылка воды из бара. 

Четыре дня холодной еды и воды, и меня обуяла невыносимая тоска по горячему чаю с молоком. Восемь долларов, три часа ожидания, четыре напоминания (о, эти неподражаемые египтяне!) – и я, закрыв глаза, с непередаваемым наслаждением пила заветное питье из пластикового стаканчика. Вот теперь я точно знаю, что мы, россияне, и вправду «чайные наркоманы». 

Восточные страсти

На второе утро нас, двух парней-египтян, 10-летнюю девочку и меня, в масках дневная медсестра Ислём повела через двор в соседнее здание, по-видимому, поликлинику, на рентген-снимок. Эта процедура разительно отличается от нашей.  Самое главное - раздеваться не надо. Каждому по очереди вручали в руки большой металлический квадрат-пластину, который мы прикладывали  плотнее к груди, становились в определенное место посреди комнаты и на мгновение застывали. Всё. 

И пока нас по очереди «светили»,  в коридоре появилась одна семья: мама, папа и дочка. Родители поговорили о чем-то с нашей медсестрой.  И тут разыгралась по моим понятиям просто ошеломляющая сцена. Эта мама - большеглазая статная женщина в черном одеянии, с гордой посадкой головы (в ней чувствовалась такие сила, достоинство, что никак не вязались с образом робкой, покорной восточной жены) - стала посреди прохода и не обращаясь собственно ни к кому, поднимая поочередно руки вверх (как это делают эмоциональные ораторы на трибуне), начала кричать. Смысла ее бурного арабского монолога я не понимала, но ясно было одно: она кем-то или чем-то была недовольна. Через несколько секунд к ней присоединился ее муж, только орал он в трубку мобильника. При этом он быстро ходил по коридору и  отчаянно жестикулировал свободной рукой. 

Их дочка, девочка лет восьми-десяти, отрешенно сидела  на стуле тут же, не глядя на родителей, словно их не было и не было этого жуткого дуэта. Она была больна, ее локоть был перевязан, как и у нас. Двойной ор продолжался довольно долго, пока не появился  какой-то доктор и, видимо, чтобы урезонить разбушевавшихся родителей, стал кричать громче их. А затем водворилась тишина, наша «компания» отправилась обратно.

Понятно, что причиной сей драмы была девчушка, которая вскоре стала моей соседкой. Девочка очень часто сидела в своей лоджии и, когда  к воротам подъезжал большой грузовик, она, завидев отца, кричала: «Ба-ба! Ба-ба!». Она обожала своего отца, а тот ее. Он выскакивал из машины, улыбался, махал ей руками и говорил что-то на своем, на арабском. И приезжал к ней каждый день, бывало и не раз. Как радостно было за всем этим наблюдать!

Вообще в гриппозном отделении были практически одни дети, не считая меня и тех двух парней, которых я, впрочем, больше не видела.. А дети – они и в Африке дети. Такие же шалуны, как и везде…

«Свинина»

Наступил четвертый день в госпитале. Авиабилет в моей сумочке буквально «горит» – после обеда я должна вместе с чемоданом, который остался где-то далеко в отеле, вылететь в Россию. После утренних процедур ко мне заходит задержавшаяся после ночной смены сестричка Надия (замечательный человечек, не знающий ни слова по-русски и английски), протягивает мне арабско-русский разговорник и показывает на слово «свинина». Я недоуменно киваю ей –мол, да, ем. Но как-то сожалеющее посмотрев, она уходит. Видимо, мы не совсем поняли друг друга…

Но не прошло и часа, раздался звонок из страховой кампании: «У вас подтвердился свиной грипп. Вам придется задержаться в Египте …» - «А как же мой самолет?!» - «С вылетом ничего не получится. Вас не выпустят из страны, в аэропорту – списки. Не переживайте, ваше лечение в госпитале оплачивает страховая кампания…» 

Ах, вот о какой «свинине» хотела сказать Надия…

Ночь с фанатами

На каждом глубоком выдохе где-то внизу легких свистело, хрипело, булькало. Кашель усиливался с каждым днем. Свербила мысль – только бы не воспаление легких! Ведь кроме капельниц с глюкозой и двух таблеток антибиотика ничего не дают. Как продержаться еще несколько дней? 

Как говорится, спасение утопающих… С утра - часовая зарядка, затем полчаса дыхательных упражнений, чтобы не дать застояться легким. Через час после обеда - снова «дышалка»  и упражнения. После вечерней капельницы – на зарядку как на молитву. 

Шестая ночь прошла вообще без сна: полчаса зарядки, полчаса отдыха и т.д. до утра. Вместе со мной не спали египетские фанаты футбола - они курсировали по улицам на авто, украшенных национальными флагами, гудели сигналами и кричали. Так они переживали поражение своей команды в ???? игре на чемпионате мира, завершившейся накануне поздно вечером. 

Слава богу, это была моя последняя ночь в госпитале и Египте. Наутро доктор объявил мне о том, что мой карантин закончен, и я свободна. Радости не было предела! Но идти-то куда? На отель денег уже не оставалось, билет просрочен. Звоню в страховую компанию: так, мол, и так, хочу домой срочно.  Меня словно холодной водой из ушата: извините, мол, билетов на Уфу на ближайшие 4 дня нет. Тогда я заявила им: «Хорошо, забирайте меня в свой офис в Каире. Буду жить у вас…» Через два часа (спасибо сотруднице компании - русской девушке Наталье) был забронирован билет: Хургада-Москва-Уфа. И вечером тот самый «скорый» доктор Ахмад отвез меня в аэропорт. 

Там собралась компания задержавшихся по разным причинам. Одна девушка  опоздала на свой рейс, потерявшись на квадрацикле вечером в пустыне. Пожилая парочка двое суток так «праздновала»  какое-то событие, что забыла о своем отъезде. Их вели под руки египетские полицейские на регистрацию – сами они передвигаться уже не могли... Но счастливы были все – мы летели на родину. 

Впервые в жизни еще в Домодедове (хотя от него до Белорецка, как говорится, пилить и пилить) почувствовала: наконец-то, я дома!..

А впереди были отдельные «апартаменты» инфекционной больницы, где уже моей «пятой» досталось по полной программе, и три недели домашнего «ареста». Так благополучно закончилась моя история со «свиным» гриппом.

Через месяц после возвращения позвонил один мой знакомый и спросил: «Я слышал, ты подхватила в Египте «свиной» грипп?.. Как думаешь: стоит ли соваться туда на отдых…» Я постаралась сразу же развеять его сомнения, ведь там отдыхают тысячи россиян, а гриппуют только отдельные «счастливчики». Жаль, что мне пришлось стать  тем самым «везунчиком», но разговор о  всевозможных «если бы», которые помогли бы избежать попадания в их ряды, - отдельный. 

Но ни один человек, независимо от того, где он решил отдохнуть: в нашей стране или за границей – от возможности попадания во внештатные ситуации не избавлен. И, как подсказывает опыт, нужно иметь дело с очень надежной турфирмой, а значит, надежной страховой кампанией. А если случилась беда – не теряться, всегда найдутся люди, которые, не зная твоего языка, сумеют говорить с вами сердцем. Мне такие встретились. 

И, пожалуй, нужно уяснить главную и известную истину: наше здоровье – в наших собственных руках. Ведь грипп бьет всегда по слабому месту. Занимайтесь собою, и тогда никакой высокопатогенный «свиной», «птичий» вам не страшен!



Кохлеарные аппараты получили ещё одиннадцать детей

Башкирские врачи продолжают успешно возвращать слух маленьким пациентам, страдающим глухотой. В рамках реализации Президентской программы «Кохлеарная имплантация в Республике Башкортостан» с 2008 года специалисты Республиканской детской клинической больницы и Уфимского филиала Научно-клинического центра оториноларингологии Федерального медико-биологического агентства России прооперировали 69 детей. Для одиннадцати из них — тех, которым кохлеарные процессоры были установлены в начале декабря прошлого года за счет средств федерального бюджета, на базе РДКБ состоялась первая реабилитационная сессия. Настройку имплантатов сотрудники филиала провели совместно с коллегами из НКЦО. 

Привычный каждому из нас мир, наполненный множеством звуков, этим детям еще не знаком. С подключения и первой настройки кохлеарного аппарата для них начинается новый этап лечения — реабилитация. Многочисленные обследования, ожидание и сама операция уже позади.

— При первом подключении имплантата ребенок уже начинает слышать звуки. Однако стоит учитывать, что просто слышать и воспринимать услышанное в данном случае не одно и то же, — говорит старший научный сотрудник научно-клинического отдела аудиологии, слухопротезирования и слухоречевой реабилитации Уфимского филиала НКЦО Елена Савельева. — Научить ребенка, который до операции был абсолютно лишен аудиоинформации, понимать устную речь и представлять себе, что означают те или иные звуки, — одна из первостепенных задач реабилитации.

В среднем это занимает около двух-трех лет, в течение которых врачи и специалисты-сурдопедагоги вместе с родителями работают над развитием речевых и коммуникативных навыков прооперированных детей. По словам Елены Савельевой, ребенок, который был абсолютно глухим и не говорил, на заключительной стадии, пройдя весь курс реабилитации, полностью осваивается в звуковой среде. Он может посещать детский сад и обычную среднюю школу, продолжать образование в профессиональном или высшем учебном заведении — одним словом, становится абсолютно полноценным членом общества. Быстрее всего к кохлеарному имплантату адаптируются маленькие дети, особенно в возрасте до трех лет. В России зарегистрирован случай, когда операция проводилась даже девятимесячному малышу.

Врачи уверены, что успешная реабилитация маленьких пациентов во многом зависит и от того, насколько активно в процессе участвует их семья. Положительные результаты проявляются намного быстрее, если родители следуют всем рекомендациям врачей, выполняют специальные задания и регулярно водят детей на занятия с сурдологами, сурдопедагогами и психологами.

— В первые дни настройки, конечно же, детям сложно. Они только начинают, если можно так сказать, ощущать звук с помощью своего имплантата, — поясняет сурдопедагог НКЦ оториноларингологии Наталья Тарасова. — Некоторые из них до операции благодаря остаточному слуху имели некий звуковой опыт, навыки общения, восприятия устной речи и занимались с сурдопедагогами, а другие не имели такой возможности. Здесь все сугубо индивидуально. Также индивидуально настраивается и каждый имплантат.

Подключая процессор, специалисты проверяют, что ребенок может услышать, наблюдают за его реакцией. Ребенку должно быть настолько комфортно, чтобы имплантат он носил с удовольствием, ведь теперь это часть его организма.

— Как правило, времени для привыкания к кохлеарному имплантату, в сравнении со слуховым аппаратом, детям не требуется. Они спокойно надевают процессор, не боятся его и проявляют интерес ко всем звукам, которые мы подаем им во время настройки и педагогического обследования, — рассказывает сурдопедагог. — Мы стараемся сделать все, чтобы наши пациенты были счастливы.

Эльвира Фаттахова приехала в Уфу со своей дочерью из села Осиновка Бирского района. Семилетней Рушане поставили неутешительный диагноз — четвертая стадия потери слуха, граничащая с полной глухотой. Операция по вживлению кохлеарного имплантата, благодаря которому девочка снова сможет слышать, стала для семьи Фаттаховых настоящим чудом.

— Когда нам только подключили аппарат, это была большая радость, ребенок начал слышать и громкие звуки, и тихие. До этого Рушана воспринимала информацию только зрительно, читала по губам, — делится первыми впечатлениями Эльвира. — Это замечательно, что у нас в республике реализуются такие программы. Ведь на операцию и имплантат для каждого ребенка требуется более одного миллиона рублей. Откуда такие деньги взять простому человеку? Мы очень благодарны, что наши проблемы не остаются без внимания.

В России операции по кохлеарной имплантации для детей проводятся только в трех городах. Уфимский центр ничуть не уступает расположенным в Москве и Санкт-Петербурге. Здесь проходят операции и реабилитация не только для пациентов со всей республики, но и из других регионов, а также стран СНГ. Выбор Камилы Магамедовой из Дербента пал именно на филиал НКЦ оториноларингологии в Башкортостане. В связи с прогрессирующими осложнениями ее дочери требовалась срочная операция. Оперировать свою девочку она доверила уфимским специалистам без всяких опасений, так как была наслышана об их высокой квалификации и профессионализме.

— Азиза. Азиза! Азизочка, ну посмотри же на меня, — обращается к шестилетней пациентке Наталья Тарасова. В какой-то момент девочка все же отвлекается от ярких игрушек, расставленных на столе, и переводит взгляд на педагога. Улыбается. Она еще не понимает, что это обращаются именно к ней. Не знает, как красиво звучит ее имя — Азиза.

— На эту операцию мы возлагаем большие надежды. Когда у детей все хорошо, то и родителям спокойно, — говорит Камила Магамедова. — И от лица всех родителей детей, которым были сделаны операции в одно время с моей дочерью, я бы хотела выразить благодарность руководству Башкортостана.



Уфа. 18 февраля. ИНТЕРФАКС-ПОВОЛЖЬЕ - Около 100 членов общественной организации "Союз башкирской молодежи" (СБМ) провели в четверг в центре Уфы пикет с требованием отставки главы УФСБ по Башкирии Виктора Палагина.

Молодые люди в белых повязках и белых платках, закрывающих часть лица, в течение часа молча стояли на площади Дзержинского напротив здания прокуратуры и УФСБ республики, держа в руках плакаты с лозунгами об отставке В.Палагина, передает корреспондент агентства "Интерфакс-Поволжье".

За общественным порядком наблюдали несколько десятков сотрудников милиции. Каких-либо нарушений зафиксировано не было.

"Мы намерены добиваться поставленной цели. В случае, если наши требования не будут услышаны сейчас, мы будем проводить пикеты, возможно, митинги. Мы уже составили план подобных мероприятий до июня 2010 года", - заявил журналистам председатель СБМ Фаузиль Маликов.

По его словам, "члены СБМ, студенты в последнее время почувствовали на себе сильное давление со стороны сотрудников УФСБ".

"СБМ просуществовал 20 лет, и не было никаких обвинений в экстремизме, а 1,5 года назад, когда назначили Палагина, здесь нашлись экстремисты", - отметил Ф.Маликов.

При этом он подчеркнул, что СБМ, выходя на пикеты, действует в рамках закона и не намерен нарушать его требования. В частности, проведенная в четверг акция была санкционированной.

Между тем начальник УФСБ РФ по Башкирии Виктор Палагин заявил агентству, что "пикет был несанкционированным, вследствие чего в рамках закона будут приниматься соответствующие меры в отношении тех, кто его нарушил".

В.Палагин также выразил недоумение по поводу обоснованности ряда высказанных ранее Ф.Маликовым претензий, в частности, о проведении сотрудниками УФСБ обысков у ряда активистов СБМ в поисках экстремистской литературы.

"Сотрудники УФСБ к подобным обыскам не имеют никакого отношения", - заявил глава управления.

При этом он не исключил, что пикет СБМ был направлен на то, чтобы поссорить руководство Башкирии и УФСБ по региону.

"Кому-то, видимо, выгодно поссорить руководство республики с УФСБ", - сказал В.Палагин.



27 марта в Октябрьский вошли БТРы и стянулись войска спецподразделений ФСБ и МВД. Вся республика полнилась слухами – город захватили террористы, есть десятки погибших. Что случилось на самом деле? И почему для поимки обычных грабителей прибыла спецтехника, а руководили операцией генералы? 

Спецоперация МВД и ФСБ на минувших выходных переполошила  всю республику. С субботнего утра тихий городок Октябрьский напоминал скорее военную базу: 500 милиционеров, на улицах - БТР-ы и «Тигры», в воздухе зловеще кружил вертолет.

- Милиционеры обходили квартиры, просили всех не выходить из дома без особой необходимости. Мы уж думали – война началась… - говорит местная жительница.

Оказалось, в городе ловили банду экстремистов, которая заявила о себе еще 23 марта – тогда произошло вооруженное нападение на оптовый склад «Мука-Сахар».

- Они заранее к этому готовились, - говорит хозяин магазина Тагир Риянов. – За два дня до нападения они заходили к нам за покупками.

Трое грабителей ворвались на склад с куском арматуры и двумя обрезами:

 - Деньги давай!  - с порога потребовали отморозки.

 В магазине в тот момент были двое сотрудников – 36-летняя Зульфия Мухтарова и ее 44-летний брат Рамиль Риянов. Был у них сторож, но он почему-то растерялся и не нажал тревожную кнопку. Зато  мужчине удалось незамеченным выскочить на улицу, и он отправился за помощью.

В это время Зульфия и Рамиль вступили в неравный бой с налетчиками. Женщина вырвала арматуру из рук одного из них и огрела его со всей силы по голове. Тот тут же выстрелил ей в колено. А Рамиль в этот момент едва не скрутил другого бандита – заломил ему руки за спину. Но он услышал крик своей сестры и ослабил хватку – этой доли секунды налетчику хватило, чтобы освободить руку и выстрелить в Рамиля. Раненые, Рамиль и Зульфия уже не могли продолжать бороться, грабители вытащили 60 тысяч рублей из кассы и скрылись.

Зульфия тут же набрала телефон хозяина склада, Тагира:

- Тут кошмар, в нас стреляют!

Тут уж и милиция подоспела, но налетчиков уже и след простыл.

 - Зульфия и Рамиль сказали, что грабители были на белой «шестерке», я весь город объездил, но так и не нашел отморозков.

ЗСейчас брат с сестрой находятся в больнице. Встреча с бандитами сломала им жизнь –  Рамилю пришлось ампутировать руку выше локтя…

А В ЭТО ВРЕМЯ…

Башир Плиев вербовал новых экстремистов у мечети?

- Плиева я видел в день открытия нашей мечети в 2007 году, - вспоминает настоятель соборной мечети города Октябрьский Рустам-хазрат. – Я его тогда хорошо запомнил. Он все ходил вокруг и все что-то высматривал. Но внутрь не заходил.

Зато экстремист Александр Яшин, который сейчас лежит в больнице,  был в духовном храме частым гостем. Приходил, ругался.

- Он все говорил, что мы намаз неправильно читаем и литература у нас не та, - говорит Рустам-хазрат. – На мой взгляд, они обычные бандиты, которые прикрывались исламом. С истинной верой их деяния не имеют ничего общего.

 «Нам позвонили  и рассказали, что Сашка натворил в Октябрьском… Стыд-то какой…»

Свои взгляды Александр пытался привить мальчишкам из дома, где снимал квартиру.

- Он нас все вербовать пытался, давайте мол, книги читать мусульманские,  - шмыгают носом подростки. – Но мы его, честно говоря, просто послали подальше. 

Житель Белебея Александр Яшин с детства увлекался спортом – греко-римской борьбой. Даже в Уральскую академию физической культуры поступил. Правда, отучился всего пять курсов, а потом…

В 2001 году Александр сорвал с шеи крестик и заявил родителям, что его религия – ислам.

- С тех пор сын стал пропадать с незнакомыми для нас людьми, отказывался есть пищу, которую мы готовили в доме, - говорит отец парня Сергей Яшин. – Мы пытались его вернуть в семью, но безуспешно.

Как говорит отец экстремиста, как-то раз он отнес литературу, которую часто читал сын в правоохранительные органы. Но те ничего крамольного в этих книгах не нашли.

Надежда на то, что парень наконец возьмется за ум, появилась в 2008-ом – Александр женился. Но семейная жизнь продлилась всего месяц. Как считают родители, любовь к супруге охладела после того, как православная девушка не смогла принять нормы, по которым жил ее муж.

- Саша часто ездил в Казань. Приезжал оттуда с деньгами, говорил, мол, промышленным альпинистом работает, - вспоминает Сергей.

Все свободное время парень пропадал в новой мечети. Всего в Белебее их две – старая и новая. В первую в основном ходят старики, а во вторую – молодежь. И, как говорят местные жители, посетители последней часто конфликтовали со стариками – им казалось, что те неправильно следуют вере.

Александр часто уезжал из дома. Вот и в сентябре 2009 года он пропал. От него не было ни слуху, ни духу до 27 марта.

- Нам позвонил сын Тагир и сказал, что Сашка такое натворил в Октябрьском… Стыд-то какой…

Ударился в веру после возвращения из Дагестана

Не был чужд религиозных взглядов и 24-летний Наиль Ахметгареев. После возвращения из Дагестана, где он служил в армии, парень ударился в веру. Одно время общался со своим дядей-муллой, но потом разругался с ним в пух и прах – взгляды на религию у них оказались разные.

- Он разорвал отношения со всеми родственниками, друзьями, - рассказывает его средний брат Альберт. – Нашел себе новых приятелей и все время проводил с ними.

Наиль привлек к новым интересам и свою жену Розу. Женщина во всем подчинялась супругу. На людях появлялась исключительно в парандже. 

- К нам домой приходили его друзья, - рассказала она. – Но я не вмешивалась в их разговоры, женщинам это непозволительно.

Ровесник Наиля, Олег Шайхулов, тоже не мыслил жизни без религии. По словам соседей одно время он учился во Владивостоке, в мореходном училище. Мама у него умерла, и единственным родным человеком оставался отец. Года три назад парень вернулся в Октябрьский. И тут его затянуло в экстремизм…

Напомним, что шестеро членов банды задержаны, а их главарь Башир Плиев  - все еще находится в розыске.

ВОПРОС РЕБРОМ: Связаны ли наши бандиты с терактами в Москве?

- Ячейка в Башкирии была очень мелкая, партизанская, - сообщает наш источник в ФСБ - Сейчас в движении экстремистов прослеживается такая тенденция: мелкие ячейки организуют в мусульманских регионах, заставляя их самостоятельно зарабатывать деньги на свою деятельность, спонсорские средства на них не тратят. Банда Плиева работала именно таким образом - потому они и ограбили склад.

Также нам сообщили, что главари таких региональных ячеек проходят идеологическую обработку в лагере Аль-Каиды в Пакистане. Там долгое время обучался Павел Дорохов, по всей видимости, Башир Плиев прошел тот же путь.

Поэтому вряд ли башкирские террористы были как-то связаны с терактом в Москве - на них была возложена партизаская война в регионах. А взрыв в метро - это совершенно другой масштаб.