Гражданская позиция
За мужество в отстаивании авторской гражданской позиции



«Аргументы неделi» решили выяснить, что почем на теневом рынке государственных «услуг» в Башкортостане или попросту, сколько, кому и за что давать!

До 30 тысяч рублей 

УТОЧНИМ: данные неофициальные и собраны из различных источников, в том числе с уфимского интернет-форума farit.ru. Некоторые цифры основаны на суммах взяток, фигурирующих в уголовных делах.

Наиболее востребованы в народе «услуги» системы ГИБДД – создается впечатление, что сотрудники именно этой структуры чаще всего берут «на лапу». Об этом говорит и официальная статистика управления собственной безопасности МВД по РБ: в 2009 году больше всего нарушений закона зафиксировано среди гаишников (за руку пойман 21), на втором месте – участковые (18). Как правило, в первую очередь «дают на лапу» те, у кого изъяли права за то или иное нарушение. Выхода у них два: смириться и ходить пешком либо искать «пути-выходы». Многие обычно выбирают второе. Сегодня водители, попавшиеся за выезд на встречку, готовы на месте расстаться с 1-2 тыс. рублей, лишь бы не лишиться заветной корочки. Так, месяц назад в Уфе в ходе спецоперации было заведено уголовное дело на водителя, совершившего разворот через двойную сплошную и пытавшегося откупиться от гаишников тысячерублевой купюрой.

Не менее популярна покупка талона техосмотра. По данным Движения автомобилистов России, сегодня в стране официально проходят техосмотр лишь около 40% водителей, остальные делают это за деньги у «своих» людей. В Уфе такая «услуга» стоит 1-2 тыс. рублей с загоном (обычно «для вида») авто на линию техосмотра, и около 4 тыс. рублей без самой машины.

Знающие люди говорят, что купить водительские права сегодня можно за 4-6 тыс. рублей - это примерно в два-три раза дешевле, чем выучиться. Правда, этот вариант чреват неожиданностями: как правило, владельцы купленных прав тушуются на дороге и чаще попадают в аварии. Вернуть или, как говорят в народе, «выдернуть» из ГИБДД уже изъятые права обойдется еще дороже: за выезд на встречку придется выложить 7-8 тыс. рублей, за вождение в состоянии опьянения – 20-30 тысяч.

До 150 тысяч рублей

В кругленькую сумму – 20-50 тыс. рублей – обходится покупка «красивого» госномера. В сентябре прошлого года на взятке в 40 тысяч рублей попался начальник отделения регистрации автотранспортных средств ГИБДД Уфы Фидан Хамадиев. За такую сумму майор милиции пытался продать номер «555» владельцу Lexus RX-330. 

Место в детском саду – тоже предмет торга. В Уфе, по слухам, устроить туда ребенка можно примерно за 30 тыс. рублей. Не отстает и провинция. В конце прошлого года в Нефтекамске задержали с поличным заместителя начальника отдела образования городской администрации Алмаза Саляхова, «продавшего» молодой паре путевку в детский сад для их ребенка. 30 декабря экс-чиновник получил год условно.

Деньги, видимо, могут решить практически любой вопрос и в других сферах. По слухам, откосить от армии, купив военный билет, можно за 70-100 тыс. рублей. Но последняя официальная информация на эту тему прошла в СМИ еще в 2006 году: при получении взятки в 60 тысяч рублей был задержан помощник военкома Демского района Уфы. Перестали «брать» или стали осторожнее? А может, служить в армии стало престижно?

Судя по публикациям о взятках в системе МВД, за определенную плату можно избежать и уголовного преследования. Например, закрыть дело по «наркотической» статье стоит 150 тыс. рублей. Во всяком случае такую таксу назначил следователь ОВД по Калининскому району Уфы матери подростка, попавшегося в конце прошлого года на сбыте наркотиков. Но набить карман следаку не удалось: женщина «сдала» его «особистам». За последний год-два похожих уголовных дел, где фигурирует подобная сумма, в Башкирии было немало.

Миллион и больше

Отдельная тема – ставшее уже притчей во языцех латентное вымогательство оплаты лекарств или операций в больницах и взятки при поступлении в вузы. Но цены в этих прейскурантах имеют значительно больший диапазон.

Опираясь на последние громкие разоблачения правоохранителей, можно сделать вывод о том, что по-крупному «берут на лапу» большие начальники госучреждений и в администрациях городов и районов. Вспомнить хотя бы осужденного недавно бывшего главного судебного пристава города Октябрьский Владимира Сексяева. За 4 млн. рублей он обещал закрыть исполнительное производство и не взыскивать долги с руководителя одного из местных заводов, задолжавшего государству 23 млн. рублей. А «доходов» бывшего заместителя главы администрации города Салавата Роберта Гильфанова хватило бы на несколько джек-потов солидной лотереи. Напомним, недавно он получил восемь лет заключения после того, как попался на взятке в миллион рублей от местного предпринимателя, который хотел получить средства из госбюджета на капремонт домов, однако столкнулся с препонами. Во время обыска в квартире чиновника оперативники обнаружили 16 млн. рублей. По всей видимости, Гильфанов, курировавший строительную и жилищную сферу, уже давно сидел на «откатах».


Блеск и нищета
«Жизнь перевернулась, но Библию же не переписали»


Нынче время такое: люди как бы в разных мирах живут. Одни  вкладывают деньги в недвижимость за границей, другие – еле дотягивают от зарплаты до зарплаты, латая семейный бюджет растущими долгами. Классовый подход сменился стратификацией, когда по уровню дохода и образования, а также наличию недвижимости в собственности стали делить людей на страты. Чтобы увидеть границы этой самой стратификации, далеко ходить не надо, а проехать пару десятков километров до д.Бердяш в Караидельском районе, которую наравне с Хорошаево и Янсаитово облюбовали «богатые люди из столицы».

 «Отвезите меня к сыну...»

В каждом городе, в каждой деревне есть свой Шанхай - с плохими дорогами, грязными дворами, неказистыми домишками и своеобразным запахом отходов. Бердяшский Шанхай строили еще в довоенные годы. Алевтина Алешкова при¬ехала сюда в 41-ом и получила квартиру в бараке. Здесь у нее родился сын Миша, которого она поднимала одна. Односель¬чане говорят, что пацан вырос неплохим мужчиной. Может, и так. Но вот только не нужна ему старая больная мать в городской квартире.

Алевтине Алешковой 82 года. У нее не ноги, а тумбы - раздутые и твердые. Мучает высокое давление. И ничего не помогает: ни редкие визиты местной медички, ни натирания мазью. Мазью ноги ей натирают, поесть готовят, полы моют, словом, всю работу по дому делают соседки по бараку, тоже далеко не молодые. Сама же бабуля просит только, чтобы ее отвезли к сыну, а иначе - «лягу на дорогу, ни дня жить не буду».

Сын же, единственное на что сподобился, так это на рейс в соседнюю дерев¬ню к племяннице с кучей детей, пьющим мужем и неважными условиями прожи¬вания. Старушка продержалась там две недели и запросилась домой - в покой и тишину.

Но тут ее, опять же, ждало полное оди¬ночество. Соседка Лидия Вершинина, уха¬живающая за Алешковой, говорит, что бо¬лезнь ее прогрессирует и в последнее время дело совсем плохо: «Алевтина совершенно не способна жить без ухода и пригляда. Мы, как можем, стараемся помочь, но нужно, чтобы кто-то постоянно был с ней рядом. Как инвалиду второй группы ей полагаются бесплатные лекарства. Но кто этим займется? Дальше тянуть нельзя: или в Дом престарелых ее нужно определять, или соцработника прикрепить. А сын не заберет ее к себе - не нужна она ему...

«Пенсию свою он даже не видит»

- И нечего здесь фотографировать, - Захаров, крепкий и неплохо выглядящий для своего образа жизни мужик, с утра уже изрядно «поправил здоровье». Ведет он себя довольно агрессивно. Синяков не хочется, и потому мы, задыхаясь от отвратительной смеси всевозможных запа¬хов, пропитавших жилье, потихоньку движемся к выходу. А перед глазами стоит маленький мужичок ростом с семилетне¬го ребенка с перекошенным от болез¬ни лицом, слезший с обвешанной вонючими тряпками печи. Шура Черников - инвалид с детства. Никто в деревне не помнит, чтобы он разговаривал. А его никто и не спрашивает. Командует в доме невесть откуда взявшийся наследник - Захаров. Поговаривают, что он мечтает выгнать вон Леонида, брата Шуры Черникова, а также вдовца его матери. Леонид имеет право, как минимум, на полдома. Что у новоявленного «завоевателя» планы «наполеоновские» - дом выгодно продать, соответственно, будет на что выпить. Пока же вся бравая гвардия местных алкоголиков и тунеядцев пирует на пенсию Шуры, которую тот, наверное, ни разу и не видел. Никому не нужный маленький человечек проводит свои дни на грязной печи -деревенском лежбище - как назвал ее Захаров, или бродит по деревне, где его может обидеть любой. Ел ли он сегодня и когда последний раз мылся, мало кого вол¬нует.

Должен же быть какой-то выход!


На волне вполне понятного желания помочь Алешковой и Черникову со словами «Должен же быть какой-то выход?!» мы обратились в ГУ «Комплексный центр социального обслуживания населения», где нам поведали следующее:

- Сегодня на дому обслуживается 300 человек. Кроме них, еще тринадцати нужна помощь. А социальных работников у нас 60. К сожалению, сложно найти добросовестного и порядочного человека за 300 рублей в месяц за одного подопечного. Но, даже несмотря на невысокую зарплату, находятся ответственные женщины, которые лучше родных детей ухаживают за стариками и больными. И, напротив, встречаются такие отпрыски, что диву даешься, насколько человек может оказаться черствым. В одной из деревень был случай, когда дочь приезжала только за тем, чтобы забрать накопленную пенсию у боль¬ной матери. Или, например, в том же Бердяше обратились с просьбой дать человека в помощь старушке. Оказалось, что чуть ли не в соседнем доме вполне зажиточно живет ее внучка.

Что касается Алевтины Алешковой, то она не самый социально незащищенный «кадр», потому что в первую очередь мы стараемся помочь инвалидам и участникам войны, абсолютно одиноким. А у нее сын есть. Тут возможен следующий ход: нужно будет активнее действовать администрации сельско¬го поселения, они должны или выйти на нас с ходатайством, или попытаться нала¬дить контакт с горе - сыном. Если он не мо¬жет и не хочет забирать мать к себе, пусть наймет человека из местных и платит ему определенную сумму за уход. Такое практикуется. Возможен еще один вариант: по договоренности с Алешковой отчислять за помощь из ее пенсии. А иначе будет трудно - вакансий катастрофически не хватает. Недавно получили 0,16 ставки на Бердяш, но там есть люди и в  худшем положении. Кстати, нельзя сказать, что все администрации СП работают в данном направлении. Хотя есть неравнодушные. Например, глава Муллакаевского СП Н.Ахкамутдинова очень часто бывала у нас, и мы решаем совместно многие вопросы. Например, подбор соцработника - ведь местные жители лучше других знают своих односельчан.

А Черникову мы постараемся помочь. Съездим туда. И, если все действительно так сложно, как вы рассказываете, то после прохождения медобследования с соответствующим заключением можно будет определить его в дом-интернат в Ком¬сомоле. Он будет стоять в очереди пер¬вым.

Спортивный девиз в бизнесе не сыграл

ПрОклятое место какое-то - так о бердяшском лагере отзываются местные жи¬тели.  И, действительно, зловеще выглядят двухэтажка и столовая с пустыми глазницами окон, провалившимися фронтонами и подчистую «подобранным» внутрен¬ним убранством. Но тогда, во времена пионерского детства не одного поколения караидельцев, это место было очень светлым, так как это был единственный благоустроенный лагерь в районе. Прокля¬тым же сделали его жулье и воры, воро¬ньем налетевшие на оставленный бесхозным объект. После многочисленных про¬даж и передач из рук в руки корпусов и территории все закончилось «уходом с поста» охранника и мгновенным растаскиванием всего, что можно было только унести.

Линолеумом торговали вовсю, чтобы что-нибудь урвать отсюда, приезжали даже из других деревень, - вспоминают бердяшевцы,- да и вообще, место это какое-то несчастное, сколько людей бралось за него - все, как в бездонную яму, проваливалось. Нужны большие средства, чтобы восстановить лагерь.

Нет пока этих больших средств и у ООО «Алан», которое с большим трудом купило лагерь на торгах в прошлом году, обставив более сильного соперника – ООО «Баш-Титан». Спортивный девиз - выиграть любой ценой - явно подвел в бизнесе бывшего горнолыжника и директора общества Александра Илюхина. Из строительных работ выполнено лишь «снятие» старой крыши. Трое местных безработных пытаются обнести территорию сеткой. Поставлен вагончик, где обитает охранник из бердяшских, а по территории носится здоровая свирепая псина, которую побаивается сам сторож. Директор фирмы время от времени наведывается в свои владения, привозит кое-что, в основном, по мелочи: двери, окна, провода, кабель. Но на этот год, похоже, больших планов не имеет.

Зато его соперник на торгах - директор ООО «Баш-Титан» - сильно расстраиваться не стал и с легкостью отгрохал на другой улице Бердяша целый комплекс из масштабных кирпичных строений, скрывающихся теперь за железными коваными воротами.

Четкие границы стратификации на фоне мечети

А в д.Янсаитово бизнесмен Геннадий Афраимович Рубашкин построил мечеть. И совсем не алановскими темпами. В июне был торжественно заложен первый камень, а в августе уже обозначился минарет. Грандиозное сооружение из красного кирпича возвышается в самом центре деревни над замками и хибарами, над бедными и богатыми, над барами и рабами.

Именно в дачных Бердяше и Янсаитово особенно отчетливо прослеживает¬ся тенденция ко все усиливающемуся расслоению общества. Блеск и нищета здесь соседствуют и даже уживаются.

- Живем мы с ними мирно,- местные против дачников, явно, не настроены.-Они дают работу, ведут себя довольно вежливо, нос не задирают, пальцы не гнут. Но свиней на улицу не выпускаем: могут не вернуться с прогулки, если вдруг в чужой огород забредут. Да и вообще, скотину трудно стало держать: везде новомодные постройки, переулки многие перегорожены. К реке практически не пройти и в лес не везде грибы, ягоды пособираешь, тем более, не поохотишься Один из местных дачников взял близлежащие угодья 70 тысяч га в аренду и расставил аншлаги повсюду: «Охота запрещена».

В сущности, коренные жители деревень постепенно превратились в обслуживающий персонал для приезжих, которые особенно в последние три года активно и за большие деньги скупают здесь участки и отстраивают шикарные дома, словно соревнуясь в «крутости». Когда смотришь, как они приобретают катера, парусники и мотоциклы, стоящие дороже автомобилей, как они строят неимоверные корабли, напоминающие боевые судна 18-19 веков, складывается впечатление, что многие из них не наи¬грались в детстве.

Светлана Алексиевич, известная белорусская писательница, автор книг «У войны не женское лицо», «Цинковые мальчики» и других, в одном из своих интервью сказала: «Нигде в мире не любят богатых. Но оказалось, когда мир превратился в караван-сарай, что бедных еще труднее любить. Мы любим больше идею, что надо любить бедных и бедность. А на самом деле, когда они пришли и попросили подвинуться, вот тут и начались проблемы. Везде. И у нас богатых не любят и никогда не любили. Любили бедных. А теперь бедным быть неловко. Если ты не олигарх, то ты олигофрен. И сколько у нас этих представлений перевернуто. Да, жизнь перевернулась, но Библию же не переписали».


Тоня уже не одна
Даже незнакомые люди пытались отдать ей почку


Глядя на эту 18-летнюю большеглазую девушку, трудно поверить, что уже два года она живет без обеих почек, только благодаря гемодиализу. Самая большая ее мечта - сделать операцию по пересадке, чтобы перестать зависеть от спасительного и ненавистного аппарата.

Под знаком «нельзя»

- Тоня удивительный человек, - говорит ее подруга Юля. – Несмотря на все удары судьбы, не утратила способности радоваться жизни.

Познакомились они шесть лет назад в Республиканской детской клинической больнице. Тоня приехала из деревни, Юля жила в Уфе. Серые дни девчонки скрашивали разговорами и шутками и быстро подружились. Юля отнеслась к новой подружке с особенной теплотой. Возможно, потому, что Тоню редко навещали родные. Зато Юлины одноклассники и знакомые быстро включили Тоню в свой круг.

Ее родина - деревушка Новошареево Архангельского района. Но прожила она там недолго. Когда у трехлетней девочки возникли проблемы со здоровьем, мама привезла дочь в районную поликлинику. Местные врачи решили, что проблема в мочевом пузыре. Лишь в РДКБ поставили правильный диагноз: хроническая почечная недостаточность. Уже в раннем детстве давление у Тони подскакивало, как у гипертоника со стажем, до 220 на 160. Однажды в таком тяжелом состоянии маленькую пациентку увезли на скорой помощи и положили в реанимацию. С тех пор больница стала ее вторым домом. Месяц Тоня лечилась, месяц жила дома. В то время они с мамой уже перебрались в Прибельск.

В 10 лет Тоня узнала от врачей, что не сможет жить без гемодиализа. Так называется метод внепочечного очищения крови при острой и хронической почечной недостаточности. Если говорить просто, больные почки не в состоянии самостоятельно очищать кровь от токсинов - приходится пропускать через специальный аппарат. Делается это через фистулу – соединение вены и артерии на руке. Три-четыре раза в неделю, четыре часа в день Тоня проводит на гемодиализе в больнице №21.

- Каждая процедура ужасно выматывает. Чувствую себя опустошенной и разбитой, ничего не соображаю, - признается она. - Прихожу домой и падаю без сил...

- Это необычайно сильная девушка, - говорит завотделением амбулаторного гемодиализа 21-й больницы Рим Гараев. - Старается не унывать, стойко переносит тяжелую процедуру. Конечно, ей нужна операция. Как, впрочем, и многим нашим пациентам... 

Тоне нельзя бегать, быстро ходить, расстраиваться. Главное для нее покой. В «диализные дни» сильно падает давление, что очень опасно: можно потерять память.

Мир – больничная палата

Семь лет она провела в больничных стенах. Болезнь не позволила получить образования. Четыре класса – вот и весь багаж знаний.

Сейчас Тоня совсем одна. Родственникам она не нужна, погибшего отца не помнит, мама умерла два года назад.

…В тот день девочке стало очень плохо. Рука в области фистулы загноилась, врачи были вынужден поставить ей брюшной катетер. Но и этот вид диализа вызвал осложнения – в животе образовался гной. Начались ужасные приступы: она не могла ни стоять, ни сидеть, только лежать. Срочно провели операцию. После всех этих мучений катетер поставили в бедренную артерию, передвигаться с которым она могла лишь с большим трудом. Одно резкое движение - и Тоня опять оказалась бы на операционном столе.

В то время девочка очень хотела, чтобы мама была рядом. Узнав о тяжелом состоянии дочери, мать начала собираться в город. Но сердце не выдержало, незадолго до отъезда она умерла… 

Вспоминать об этом Тоне тяжело. Нет теперь рядом самого близкого и родного человека. А многочисленная родня Тони ее судьбой никогда не интересовалась. В больнице навещала только Юля, ее ангел-хранитель. Сегодня подруги вместе борются за выздоровление Тони.

В ожидании

В последние годы болезнь стремительно прогрессировала. В 2007 году Тоне удалили обе почки. Сейчас она состоит на учете в Республиканской клинической больнице как нуждающаяся в пересадке.

На родственную пересадку (такие в Башкирии в последнее время делают все чаще) рассчитывать ей не приходится. Остается ждать донорской. Это когда в результате несчастного случая кто-то попадает в больницу, спасти его не удается и, зафиксировав смерть мозга, врачи изымают почку... Только орган должен подойти по группе крови и множеству других параметров.

Тоня ждет пересадки уже восемь лет. Ее данные отправлены в Москву. Как только придет разрешение, она должна выехать. Правда, и в столичной клинике ожидание может затянуться на месяцы. Операцию в НИИ урологии или в институте трансплантологии сделают бесплатно, но нужны деньги на проезд, проживание, питание, послеоперационный период. Работать больная девушка не может, мизерной пенсии по инвалидности едва хватает, чтобы сводить концы с концами.

До недавнего времени Тоне и жить-то было негде. Оставаться в детской больнице после 18 лет нельзя. В родной деревне есть дом, но ездить оттуда три раза в неделю на гемодиализ нереально. Поэтому полгода Тоня кочевала по родным и знакомым в Уфе. Наконец, в декабре прошлого года городская администрация предоставила девушке комнатку в общежитии.

- Вы не представляете, как радовалась этому Тоня, - рассказывает Юля. - Наконец у нее появился свой уголок! Общими силами недавно сделали ремонт. Своих вещей не было - друзья и знакомые подарили матрас и посуду, мои родители помогли с мебелью. В общем, жить можно...

«Кто, если не я?»

Благодаря Юле о Тоне узнали многие. На популярном молодежном сайте vcontacte.ru девчонки создали группу «Помогите! Сироте из Уфы срочно нужна пересадка почки», которая включает уже 360 участников. Здесь можно узнать последние новости о Тоне и оставить свой отклик. Находятся даже люди, которые бескорыстно предлагают свою почку, но у нас такие операции запрещены. По федеральному закону «О трансплантации органов и (или) тканей человека» трансплантировать почку от живого донора разрешается лишь в том случае, если он является родственником. Степень родства при этом не оговаривается.

18 апреля в поддержку Тони в уфимском клубе «Правда» пройдет благотворительная хип-хоп вечеринка «Кто, если не я?», в которой примут участие десять рэп-групп.

Для тех, кто может помочь

Все, кому не безразлична судьба Тони, могут направить деньги на сбербанковский счет №40817810406000443010, оформленный на имя Юлии Дмитриевны Поповой, или связаться по телефону 8 989 95 46 211.

Досье

С октября 1996 по март 2009 года в республике была проведена 121 операция по пересадке почек, из них 46 – от живого донора-родственника. 83 операции сделано в Республиканской клинической больнице и 38 - в Республиканской детской клинической больнице.

Кроме того, жителям Башкирии в соответствии с государственным заданием на оказание высокотехнологичной медицинской помощи делается несколько операций в московских клиниках. Квота на 2009 год – 10 мест.

В листе ожидания на пересадку почки числятся 106 жителей республики.

Лечение диализом в Башкирии проходит сейчас 501 человек, из них 10 детей.

По данным Республиканской клинической больницы им. Г. Г. Куватова



Суицид. Что это такое: явление или слабость перед трудностями? Бессилие перед обстоятельствами или глупое сведение счетов с жизнью? Трудно ответить на эти вопросы. Ещё труднее объяснить этот феномен человеческой натуры.

Тем не менее история знает немало фактов и примеров, когда человек во имя идей шел на смерть сознательно. Вспомним великого Джордано Бруно, сгоревшего на костре инквизиции, но не отказавшегося от своих взглядов на мироздание. Принимали мученическую смерть революционеры разных  толков, но не предавшие свои убеждения. На верную гибель в Сибири шли за мужьями жены декабристов. В интересах государства, дабы не выдать его тайны при пытках, крошили в зубах ампулы с цианистым калием разведчики. Во имя победы и счастья будущих поколений бросались на немецкие амбразуры Александр Матросов (Шакирьян Мухаметьянов) и десятки его последователей. Направил на вражеские железнодорожные цистерны с горючим свой горящий самолет летчик Николай Гастелло, хотя мог спастись прыжком с парашютом. Со связкой гранат бросился под фашистский  танк наш земляк Тафтизан Миннигулов, Герой Советского Союза.

Такие примеры можно приводить и дальше. Это и пожарные, ценой собственной жизни спасшие жизни десятков людей, обыкновенные наши сограждане, бросающиеся на тонкий лед, чтобы спасти ребенка, на проезжую часть дороги перед бешено мчащимся автомобилем, чтобы отвести от старика смерть под колесами…

В большинстве таких случаев эти спасатели погибают сами. И большинство из них на этот шаг идет сознательно. Но это никак не назовешь самоубийством. Называем мы это подвигом во имя жизни другого, героизмом. И вполне оправданно и справедливо то, что о таких героях слагаются песни, им посвящаются поэмы, их именами называются улицы, спортивные клубы и т.д.

Но что можно сказать о наших современниках, которые в пьяном угаре намыливают петли или бросаются с балконов? Ничего вразумительного!  Глупость и дурость, не более того. В силу возраста и в качестве повидавшего кое-что в жизни, сегодня с грустью вспоминаю 60-е и начало  70-х годов прошлого столетия. Только в одном поселке Тубинске не было месяца, иногда и недели, когда не распространялся слух о новом повесившемся. Это была какая-то эпидемия. Был случай, когда поочередно покончили с собой три брата из одной семьи. Да, тогда закрывались шахта и обогатительная фабрика, следовал разгул безработицы. Но это никак не оправдывало суицид. Ведь большинство работоспособных тубинчан вполне прилично устраивали тогда жизнь и за пределами горняцкого поселка. Справедливости ради заметим, что Тубинск в те годы был далеко не одинок в этой печальной статистике. 

А что творится сегодня? Ни одна субботняя оперативка при главе райадминистрации не проходит без сообщения представителя ОВД о новых фактах самоубийства. И при этом самое тревожное и печальное то, что сводят счеты с жизнью молодые люди в самом экономически активном возрасте, на которых, казалось бы, лежит будущее страны, республики, района, города.

Да, жизнь сегодня не самая легкая. По сведениям экспертов-социологов, нынешняя потребительская корзина или так называемый прожиточный минимум граждан при действующих ценах даже ниже, чем в ельцинскую эпоху 90-х годов прошлого века. Пособие по безработице, хотя и индексируется постоянно, не обеспечивает благополучие семьи человека, волею судьбы оказавшегося не у дел. Свои коррективы в тревожную обстановку вносит еще и разразившийся мировой финансово-экономический кризис – закрываются предприятия, урезается зарплата работающих, некоторых отправляют в бессрочные отпуска. Плюс ко всему семейные неурядицы, измена близкого человека, неразделенная любовь и т.д. Казалось бы, и выбора-то не остается у человека перед таким жизненным тупиком… Но это не повод для самоубийства. Наоборот, не стоит отчаиваться, надо бороться и в этих условиях за жизнь. Это – основа человеческого бытия.

Положение, действительно, очень серьезное, если не сказать – тревожное. Руководство района принимает все меры к тому, чтобы остановить эту печальную тенденцию. Активизируется в этом направлении работа общественных организаций на местах, служб психологической помощи, содействия семье и другим профильным направлениям. Средства массовой информации создают общественное мнение против суицида. Всячески поощряются и поддерживаются на всех уровнях создание новых рабочих мест и другие позитивные моменты. Принимаются меры по наполнению досуга и свободного времени молодежи полезными мероприятиями и т.д.

Вся общественность сегодня против самоубийства как явления. Человек, решившийся на такой роковой шаг, оставляет сиротами своих детей, обрекает на горе близких и родственников. Это и темное пятно для трудовых коллективов, населенных пунктов. Против суицида и ислам. По мусульманским канонам, человек, покончивший с собой, греховен перед Богом. Запрещается его хоронить на общих кладбищах.  Не одобряет самоубийство и христианство, другие мировые религии.

Словом, самоубийца обрекает себя на всеобщее забвение. По-другому и быть не должно. Так как он – предатель  в буквальном смысле слова: перед жизнью, перед близкими. Это еще и трусость перед жизненными испытаниями, презираемое человеческое безволие. Вот таков социальный общепризнанный портрет тех, кто самовольно уходит из жизни.

Казалось бы, другого определения тут попросту нет и быть не может. Но, давайте, не будем спешить с выводами. Звучит кощунственно, но сегодня у нас есть и реклама… суицида! Парадокс,  в районе  имеет место премия для молодых журналистов имени… покончившего с собой журналиста республиканской молодежной газеты, учрежденная не редакцией этого издания, а далекой от журналистики райбиблиотекой. Этот человек не погиб при исполнении служебных обязанностей,  как это часто случалось, скажем, в Афганистане, не погиб, как корреспондент «Новой газеты» Анна Политковская, от пули террориста, а покончил с собой, что далеко не подвиг и не геройство.

Что это и как это называть? Дань моде, когда сегодня сплошь да рядом канонизируются, например, криминальные авторитеты, в ранг героев возводятся военные преступники времен ВОВ? Или что-то другое? Что, у нас нет других, более достойных личностей, на кого равняться молодым журналистам? Или мы плохо знаем свою историю? Почему забываем, скажем, Салимьяна Баймурзина, до войны работавшего корреспондентом местного радио, занимавшегося фотоделом для фронтовой газеты и на передовой, и геройски погибшего в 21 год от вражеской пули? В звании лейтенанта командовал он стрелковой ротой. Где наши молодые земляки, пламенные политруки рот, батальонов? Почему в забвении яркие представители послевоенного актива районной журналистики? Собственно говоря, в комсомольском  возрасте был и Сагит Мифтахов, первый редактор райгазеты «Кызыл Баймак», далекой предшественницы сегодняшнего «Баймакского вестника». Кто мешает повысить журналистскую премию его имени до уровня районной с отдельной номинацией для молодых журналистов? По моему, никто.

Удивляет беспринципность людей, находящихся сегодня вокруг новоявленной премии. Не понятна и позиция, точнее – её отсутствие, у районной и зональной журналистских организаций, за спиной которых учреждается сторонней организацией в общем-то касающаяся именно их ведомственная премия.

Надо поощрять и стимулировать молодых журналистов. Но надо знать при этом и грани дозволенного. Это – нравственность и чистота помыслов. В том числе и чистота стимула.

 И последнее. Как уже говорилось выше, суициду вынесен общественный приговор: «Нет!». Значит, в этом вопросе не должно быть никакого инакомыслия, то есть – оппозиции и нейтралитета – моя хата с краю. В этих условиях всевозможные фонды, премии и т.д. должны проходить общественную экспертизу на предмет их целесообразности. Они должны работать на общую цель, а не на амбиции отдельных лиц или группы таковых.



Прошло почти 15 лет с того времени, когда впервые в нашей истории был созван I Всемирный Курултай башкир, где с трибуны нашими сородичами была «выплеснута» веками копившаяся боль нации по поводу своего состояния и произошёл серьёзнейший очистительный разговор о дальнейшем духовном, нравственном, социальном и культурном развитии на основе реалий современности. 20 лет отделяет нас от исторического и судьбоносного события – принятия Декларации о государственном суверенитете республики, факта, по большому счёт, и сделавшего возможным вышеназванный Курултай. Именно с его трибуны было громко сказано то, о чём упорно и, как уже говорили выше, долго замалчивалось –необходимость возрождения национального самосознания башкир, наглухо придавленного существующей до этого политической системой страны.

Летом этого года в Уфе будет работать уже III Всемирный Курултай башкир. Между ними проводились районные курултаи. Не исключение в этом вопросе и наш район. Вот о разговоре, состоявшемся на днях на последнем, и краткая наша беседа. Для начала вспомним, о чём, в основном, шёл разговор на первых всебашкирских форумах. Об экономике, языке, экологии среды обитания и наших душ, недрах, семье, пороках бытия и т.д. Так что же изменилось в нашей жизни за прошедшие годы и чего мы добились в этих вопросах?

Достигнуто очень многое. В политическом аспекте это подписание республикой Федеративного договора с Центром о разграничении полномочий с последовавшим Приложением от  республики Башкортостан, принятие Конституции Республики Башкортостан, введение поста Президента республики, многое другое. Огромное значение имеет вошедший в силу Закон «О языках народов Республики Башкортостан», где башкирский язык наравне с русским наделен сегодня статусом государственного языка республики. Об экономических достижениях разговор отдельный – с 60-х позиций среди регионов России по основным показателям Башкортостан шагнул сегодня в первую десятку, став одним из немногих регионов-доноров федерального бюджета. Все мы свидетели того, как развивается наш район, особенно в социальной сфере.

Но легко ли удерживать огромным трудом достигнутые результаты в самостоятельном общественно-политическом и социально-экономическом развитии республики? По словам выступившего на районном курултае депутата Госсобрания – Курултая РБ, председателя одного из его комитетов З.И. Еникеева, вопрос этот является одним из самых серьёзных. В экономике и бюджетной политике серьёзные осложнения вызвал новый федеральный закон о налогах, согласно которому намного больше половины налоговых доходов республики уходит в Центр. Нет у нас сегодня своих  внебюджетных дорожного, геологического и других фондов, за счет которых поддерживались дорожная инфраструктура и геолого-поисковые работы в регионе. Всевозможным нападкам подвергается язык, давший название республики. Если нет национального языка, нет и  национального субъекта Федерации. А это на руку тем, кто вынашивает идею губернизации регионов по образцу царской России. Во всех этих вопросах нужна консолидация здоровых сил, способных противостоять противникам суверенного Башкортостана. Об этом высказало свои позиции большинство выступивших делегатов районного курултая в диапазоне от качества преподавания башкирского языка в школах до предстоящей Всероссийской переписи населения.

О недрах, которые по Конституции РБ принадлежали республике, но сегодня в трактовку соответствующей статьи закладывается совершенно другое содержание, экологии и других вопросах в этом русле, говорилось и писалось достаточно много. Поэтому нет особой нужды повторяться. Тем более дискуссии по этим вопросам продолжаются в том же ритме и сегодня. Хочется продолжить разговор об экологии наших душ, чистоте помыслов и конкретных действий. Одно из составляющих этого сегмента беседы – это пьянство и спивание башкирской части населения. Об этом с болью говорилось и говорится на всех прошедших курултаях. К сожалению, не без основания.

Распад семьи, безнадзорные дети, дети-сироты, в том числе и социальные, тяжкие преступления, дорожно-транспортные происшествия, ранняя смерть, социальные болезни и многое другое – результат распространяющегося пьянства. Острейшая проблема общества – суицид. Только в прошлом году у нас покончили собой 69 молодых земляков. И это в полтора раза больше, чем, к примеру, весь сегодняшний трудовой коллектив СПК «Октябрь». Вдумаемся в эту цифру! Куда мы идем? На самоуничтожение? Не меньше зафиксировано и попыток самоубийства. А это уже – моральные инвалиды на всю оставшуюся жизнь.

Конечно, сегодня развернута широкомасштабная работа по искоренению корней суицида – пьянства, безработицы и других сопутствующих факторов. Но утверждать, что все наши общественные институты включились в эту борьбу, было бы некоторым преувеличением. Есть у нас и досадные промахи в виде косвенной рекламы самоубийств. Об этом «Баймакский вестник» уже выступал в одном из последних своих номеров прошлого года. Словом, суициду – общественное «Нет!». И в такой категоричности не должно быть никакого инакомыслия.

Есть у пьянства ещё одно, но более страшное возможное последствие. В двух словах это звучит так: если у пьяного человека легко отобрать любую вещь, то у спившейся нации без труда можно отобрать её земли и даже все политические завоевания. Не стоило бы забывать об этом.

На курултае шёл взыскательный разговор также о духовности, наших землях, исторических личностях, семье, демографии и многом другом. Председатель исполкома курултая башкир района А.З. Сайгафаров своим содержательным докладом задал тон этой дискуссии. Деловитость в конкретных направлениях выступлений очертил своим словом о социально-экономическом положении района и задачах в рамках реализации Посланий Президента республики последних лет глава райадминистрации Р.Р. Саитов.

Свою работу районный курултай завершил избранием делегатов на III Всемирный Курултай башкир и принятием резолюции.



– Боюсь вечером включить свет в квартире, вздрагиваю от каждого телефонного звонка. За эти три года «заработала» себе серьезные болячки. А теперь еще банк грозит, что в погашение долга опишут имущество или будут отчислять половину пенсии. Если так, нам с дочерью останется только по миру пойти….

Чувства уфимки Надежды Павловны Вшивцевой вполне понятны. Ее долги по банковским кредитам превысили 250 тысяч рублей, а выплатить их она не в состоянии. И дело вовсе не в авантюрном характере пенсионерки. В 2006 году она оформила на свое имя несколько кредитов и кредитных карточек для своих давних и, как ей казалось, добрых знакомых. Хотела помочь людям в благородном деле. И, как оказалось, не она одна…

Три сестры в старинном интерьере

– Мы были знакомы больше 20 лет, близко дружили, нас объединяли общие интересы. Эти три сестры казались мне настоящими подвижниками, воплощением интеллигентности и гуманизма. Они хорошо известны в культурной среде Уфы.

Действительно, Надежда Андрианова, Людмила Гордеева и Ольга Злобина (больше известные как «сестры Вавиловы») не нуждаются в особом представлении. Потомки старинного уфимского рода, в 1992 году они создали и возглавили Лермонтовский центр Башкортостана, провозгласивший своей миссией сохранение и развитие традиций отечественной культуры. Редкое мероприятие, так или иначе имеющее отношение к музыке, поэзии или искусству, обходилось без участия сестер. Носители творческих профессий – художник, певица, филолог-переводчик – они организовали в своем «родовом гнезде» подобие дворянского салона. Их квартира в добротном купеческом особняке на улице Чернышевского, сохранившем утраченный ныне дух старины, влекла представителей культурного бомонда и творческой интеллигенции города. Скромность бытовой обстановки щедро компенсировалась обилием раритетов – старинных образцов мебели, картин, посуды. Поэтические и музыкальные вечера, художественные выставки и просто душевные чаепития, сопровождаемые интеллектуальными беседами, собирали десятки людей.

О культурной инициативе сестер восторженно писали местные и центральные издания. Несколько лет назад для дальнейшего расширения Центра потомки знатного рода выкупили второй этаж дома и зарегистрировали ООО «Дом Вавиловых». А вскоре друзья и знакомые стали замечать, что материальное благосостояние этой семьи заметно выросло. На все вопросы сестры уклончиво отвечали: «Да, дела идут, открываем фирму и тогда уж развернемся».

Честные люди рассчитаются?

– Набрав к тому времени достаточно кредитов, они просили своих знакомых оформлять кредитные договора на себя - с условием, что сами будут выплачивать по ним, – продолжает Надежда Павловна. – Одни скептически относились к планам и отказывались «делать взносы». Другие, дорожа личными отношениями и плененные перспективами, соглашались. Деньги и кредитные карты отдавали сестрам.

В обмен на лояльность нам было обещано «соучастие в интеллектуальном бизнесе». Мне, художнику по профессии, сулили должность заведующей мастерской, моей приятельнице, библиотекарю – заведование книжным фондом, программисту – карьеру системного администратора и т.п., с приличной зарплатой. Сейчас я понимаю, как это примитивно, но мы купились на обещания и послушно набирали новые кредиты.

В 2008 году я получила из банка письмо с требованием погасить задолженность – в противном случае ко мне «будут приняты меры». В ответ на мое беспокойство Надежда ответила: «Кризис, дела встали, но это временно, плати, рассчитаемся». Но мне не с чего платить, и они это знали: я пенсионерка, дочь – инвалид. Звонки из банка перешли в угрозы, сердце сдало, и в прошлом году я слегла в кардиоцентр.

На сегодня имею серьезную сердечную болезнь и долг в 270 тысяч рублей. До конца дней не прощу себе эту наивность. Хотя… пока не теряю надежду, что они честные люди, просто запутались, но делают все, чтобы вернуть долги.

«Потерпите немного!»

– Никогда не думала, что такое случится, – разводит руками другая участница «кредитной истории» Наталья Игоревна А. – Со средней сестрой Милой (ныне покойной) мы были знакомы много лет, я частенько заглядывала к ним «на огонек», была посвящена в планы создания «городской усадьбы». В марте 2008 года я без особых сомнений оформила на свое имя годовой кредит на 50 тысяч – по устной договоренности, что выплачивать его будут они. А в июне мне позвонили из банка – оказалось, кредит выплачен только за один месяц. Я обратилась к Надежде, и она успокоила: мол, к осени рассчитаемся. Но... В ноябре мне пришлось выплатить всю сумму плюс приличный штраф. Деньги взяли из неприкосновенного запаса, отложенного на обустройство новой квартиры дочери. Спустя немного времени я попросила Надежду вернуть мои деньги. Ответ был прежний: «Надо подождать, все образуется, у нас крепкий тыл».  Стараюсь забыть об этом инциденте, все равно ничего не изменишь. Только вот на нервной почве обострилась хроническая болезнь, и мне пришлось капитально подсесть на инсулин.

«Сын как будто потерял разум»

– В 2006 году Надежда попросила нас поддержать материально новый проект, и мы не смогли ей отказать, – рассказывает пенсионерка Нурия Зайнуллина, постоянная посетительница мероприятий Лермонтовского центра. – Тем более, нам вдохновенно демонстрировали чертежи и планы будущей усадьбы, рассказывали о грандизоных планах. Первые две кредитки были оформлены моим сыном на относительно небольшую сумму – около 30 тысяч рублей. По ним сестры расплатились вовремя. Похоже, схема была хорошо продумана: добросовестно выплачивая мелкие суммы, они усыпили бдительность и заставили поверить в чистоту своих намерений. Ничем другим нельзя объяснить то, что они уговорили сына взять еще 10 кредитов на приличную сумму в 10 разных банках! К сожалению, ни в одном из них у нас не потребовали поручительства и лишь в одном поинтересовались сведениями о доходах. Но Ольга предусмотрительно выдала сыну справку о средней зарплате в 50 тысяч.

Он вообще как будто потерял разум: сестры вызывали его к себе домой исключительно поздно вечером и дружно обрабатывали на предмет новых кредитов. Мы даже точно не помним, где брали кредит, а где кредитную карту: сразу же после получения все документы забирала Ольга, вручая взамен обязательства-расписки о возврате долга (всего их у нас 11). Я узнала об этом позже – долго лежала в больнице. В марте 2008 года, когда долг вырос до шестизначных цифр, нас стали беспокоить банки. Но сестры убедительно попросили нас платить, ссылаясь на временные трудности. Когда сумма наших долгов вместе с процентами выросла до 450 тысяч рублей, мы вновь попросили их начать рассчитываться. Но услышали только упреки: якобы, им еще хуже, у них долгов в разы больше! В то же время, как выяснилось позже, через сына они пытались оформить кредитную карту даже на мою 77-летнюю мать, а на него самого повесить еще один кредит на 600 тысяч рублей и поручительство на ту же сумму! Слава Аллаху, банк отказал!

Мы поняли, что ждать чего-то бессмысленно. Чтобы выплатить долги, пришлось снять все похоронные деньги моей матери, продать все, что продается, пойти с протянутой рукой по родным и знакомым. Так и живем: сын без работы, мы с мамой – пенсионеры–инвалиды. Эта история сломала нам жизнь: обрекла на полунищенское существование, подкосила и без того неважное здоровье.

Не оговор ли это?

По неофициальной версии, в аналогичной ситуации оказались десятки уфимцев, но далеко не все согласились афишировать проблему. Большинство же людей, так или иначе знакомых с семьей Вавиловых, отказываются верить рассказам потерпевших или усматривают в них какую-то недоговоренность. В их глазах Вавиловы были и остаются олицетворением благородства, бескорыстия и дворянской чести.

– В это очень трудно поверить, – говорят сотрудники мемориального музея С.Т. Аксакова, где сестры Вавиловы неоднократно устраивали свои выступления и вернисажи. – Мы знали их много лет – это настоящие подвижники, альтруисты, высокодуховные люди.

– Это какое-то недоразумение, – вторит «аксаковцам» ведущий специалист Научно-производственного центра по охране и использованию недвижимого культурного наследия РБ, просивший не называть его фамилию. – Не могли они так поступить! Вавиловы – цвет уфимской интеллигенции, их имя широко известно, их ассоциируют с русской культурой. Никакие досужие разговоры не изменят мое мнение о них.

Ловушка для честных

К сожалению, сами сестры, несмотря на многократные попытки вызвать их на связь, хранят упорное молчание. Есть сведения, что их ищет милиция. Но создается впечатление, что особо они и не скрываются. На одном из сайтов в открытом доступе висит аншлаг о скором выступлении Ольги Злобиной на крупном культурном мероприятии в Подмосковье.

Юристы, с которыми мы общались по этому поводу, отмечали, что доказать умысел сестер будет нелегко, а без этого нет преступления. Не исключен и такой вариант: если по заявлениям пострадавших будет возбуждено уголовное дело, их долг будет погашен, остальные же кредиторы останутся ни с чем.

Компетентно

Официальный представитель МВД по РБ Руслан Шарафутдинов:
– В ОВД Ленинского района поступило несколько заявлений от граждан, пострадавших от действий данных лиц. В настоящее время сотрудники отдела по борьбе с экономическими преступлениями проводят доследственную проверку, собирают необходимые материалы, решается вопрос о возбуждении уголовного дела.

Начальник отдела «АФ банка» Марина Дертева:
– Чтобы снизить риск, заемщик может выбрать программу кредитования под поручительство. Вариант с поручительством предпочтительнее для клиента еще и потому, что в этом случае процентная ставка снижается.

Юрист правозащитного центра Елена Соболева:
– В любом случае кредиторам следует обратиться с заявлением в милицию. Признаки мошенничества в действиях должника усматриваются, если можно доказать, что он заведомо не собирался возвращать денежные средства. Если обстоятельств для возбуждения уголовного дела не хватит, можно попытаться взыскать долги в порядке гражданского производства в районном суде.

«Под мерцание свечей, за чаем с печеньями или кофе с мороженым, под звуки рояля.
С 91-го года здесь ведется книжка посещений. За 12 лет в доме Вавиловых побывало более 10 тысяч посетителей! Среди них не только уфимцы, но и приезжие из других городов и стран. Максимальное количество собралось в начале 90-х: маленькая комнатка вместила 78 желающих побывать на музыкальном вечере».



Много лет назад она чудом выжила в страшной аварии и поклялась перед Всевышним: если он пошлет ей исцеление и способность трудиться, она заработает деньги и построит мечеть. Но женщина не предполагала, что в стенах построенного ею храма ей придется вторично заглянуть в глаза смерти.

Напасть в мечети

– 22 февраля примерно в 23 часа после вечерней молитвы мы легли отдыхать, когда в дверь постучали: «Откройте, свои», – рассказывает основатель мечети «Мунира», известная уфимская предпринимательница Мунира Байгильдина. – Едва муж отворил дверь, на него обрушился удар резиновым молотком. Второй нападавший ворвался в спальню, приставил ко мне пистолет и потребовал показать, где лежат деньги. Бандиты были в черных масках – у того, который избивал Рамиля, на голове было что-то наподобие черного чулка, тот, который набросился на меня, был одет в черную вязаную шапочку с прорезями для глаз.

Незваные гости пресекали любые попытки хозяев включить свет – это могло привлечь внимание. Комнату освещал только телевизор. Не добившись признания о местонахождении денег, налетчики сами стали рыскать по шкафам и полкам. Действовали бандиты уверенно: не было сомнений, что они хорошо ориентировались в помещении. Сначала вытащили из шкатулки деньги – там оказалось почти 30 тысяч рублей. Затем схватили с полки два ноутбука.

– Я попыталась этому воспрепятствовать, но он стал выламывать мне руки, – рассказывает Мунира. – В какое-то мгновение я сумела ненадолго сорвать с него маску и изумилась: его лицо было мне знакомо. Ошеломленная, я сказала: «Я узнала тебя, и даже если ты меня убьешь, твое лицо останется на видеозаписи. Мои дети тебе не простят».

…Когда супруги пришли в себя, в доме уже никого не было. Мунира окликнула мужа, он выбежал во двор и босиком побежал к дому дочери, живущей на территории мечети. Она забила тревогу. Прибывшая скорая доставила пострадавших в больницу. У Рамиля были раздроблены фаланги пальцев (он закрывал руками голову, когда бандит бил по ней молотком), повреждены мягкие ткани лица и шеи. Ему наложили несколько швов, от госпитализации он отказался. Ранения Муниры оказались намного серьезнее.

– Пациентка поступила в реанимацию в крайне тяжелом состоянии: в коме, с практически нулевым давлением, – говорит Ринат Рахматуллин, нейрохирург с 45-летним стажем, заслуженный врач РБ и РФ. – При осмотре у нее были выявлены множественные переломы основания черепа, лицевого скелета, верхней челюсти, рваные раны лица и шеи. Нейрохирурги убрали многооскольчатые переломы лобной и височной костей, зашили около 12 ран на голове и лице. На сегодня состояние пациентки оценивается как удовлетворительное.

«У него был нательный крест»

– Мунира-ханум, вы действительно узнали одного из нападавших?

– Да, судя по всему, это человек, который в декабре-январе жил при мечети. 

Ему 33-34 года, он русский, и, видимо, считает себя верующим: во всяком случае, я видела у него нательный крест. Он пришел просить у нас кров и работу. По его словам, оказался в трудной жизненной ситуации: возникли проблемы в семье, он ушел из дома и нуждался во временном затворничестве. Говорил, что решил уехать в Москву, но не доехал: в дороге передумал и сошел с поезда, и, якобы, забыл в нем паспорт. При мечети он выполнял мелкую работу, жил в подсобном помещении. В начале января покинул нас, но перед уходом я попросила его оставить свои данные. У него есть особая примета: вставные металлические зубы. По ним в том числе я узнала его, когда сорвала маску. 

– Вас не насторожила просьба православного пожить в мечети?

– Никоим образом. К нам приходит много людей, просят приютить, дать возможность заработать. Многим нужны деньги, чтобы доехать до дома. Мы не делаем различий между людьми, всем стараемся помочь, в том числе материально. Если я не ошибаюсь относительно личности одного из нападавших, он был свидетелем такого разговора: мы обсуждали проект ограды мечети. Так вот по простоте душевной я озвучила планы: «Вложим в это дело 500 тысяч рублей, сделаем ограду кованой – богатой и нарядной». Наверное, эта цифра ему запомнилась.

– До этого в мечети были инциденты?

– За 10 лет, в течение которых шло строительство, была лишь пара мелких краж, но милиция их оперативно раскрыла. А прихожане активно поддерживали: приходили на субботники, многие работы выполняли сами, вплоть до установки минарета.

– Говорят, это не первая мечеть, которую возвели члены вашего рода?

– Мой дед еще в конце 19 века построил мечеть в Чекмагушевском районе. В период коллективизации у нее спилили минарет и сделали клуб. По рассказам мамы, это происходило у них на глазах: вся семья стояла и плакала, а отец сказал ей: «В нашем роду еще родятся люди, которые построят мечеть».

«Аллаху угодно, чтобы мы выжили»

Несмотря на тяжелые травмы, Мунира-ханум не сдается, старается держаться бодро и верит, что Аллах ниспослал ей свою помощь и в этом испытании:

– А как иначе объяснить, что уже через пару дней после сильнейших травм у меня уже ничего не болело? Мне не верят, что я обхожусь без обезболивающих, но это так, я отказалась от них: голова в порядке, чувствую себя вполне сносно. 

Такова воля Всевышнего. Ведь мы могли погибнуть, но Аллаху было угодно, чтобы мы выжили. А значит, я еще не прошла свой земной путь и не выполнила всего предначертанного мне выше.

Актуальный комментарий

Пресс-служба МВД по РБ: 
– По факту нападения на мечеть в тот же день было возбуждено уголовное дело по статье «Разбой». Выявлен круг подозреваемых, в настоящее время ведется проверка их причастности к данному преступлению. Задержанных по этому делу пока нет.

Аюп-хазрат Бибарсов, первый заместитель Председателя ДУМ РБ:
– Мы просто ошеломлены этим происшествием, которое трудно назвать просто хулиганской выходкой. Нападения на мечети вообще крайне редки, ведь в мусульманских храмах нет крупных материальных ценностей. За последние 20 лет я не припомню в Башкирии подобных инцидентов, тем более с такими последствиями.

Мунира-ханум – единственная женщина в республике, построившая на свои средства мечеть, организовавшая приход и выполняющая в нем практически все функции религиозного настоятеля. Разумеется, на ближайшем пленуме ДУМ РБ мы обсудим, какую поддержку можем оказать пострадавшим от рук злоумышленников. 

А люди, совершившие самый тяжкий грех, посягнувшие на самое святое – на жизнь человека, на религиозную святыню – понесут двойное наказание. В земной жизни им грозит тюремное заключение, их будут преследовать недуги и личные трагедии, в вечной жизни – гореть им адским огнем.

Из досье «АН»
18 августа 1993 года Мунира Байгильдина с 12-летним сыном за рулем своей машины ехала из Чекмагуша с похорон отца. На сложном участке автомобиль занесло, он трижды перевернулся. Ребенок отделался легкими ранениями, а у женщины диагностировали перелом тазобедренных костей, подвздошной кости и нижнего отдела позвоночника. Прогноз врачей: два года инвалидности и передвижение на костылях. Но случилось то, что специалисты называют чудом:

– Аллах дал мне силы, послал своих ангелов, и уже через два месяца после аварии я была на работе! Поначалу были мечты построить мечеть на родине предков, но меня убедили, что храм должен быть в Нижегородке.

В 2008 году на улице Заозерной, на берегу озера Долгое, выросла первая и единственная в Нижегородке мечеть «Мунира». Она построена полностью на средства семьи Байгильдиных. Проект выполнил архитектор Вакиль Давлятшин – один из авторов мечети «Ляля-Тюльпан». Строительство храма продолжалось 10 лет. Главными «прорабами» стройки были сама Мунира Лябибовна и ее мать Аклима Батыргареева.



Все продается и покупается в нашем мире. Это не секрет, и каждый из нас, я уверена, мог убедиться в этом сотни раз. Однако никаких положительных сдвигов в этом плане пока не наблюдается, хотя Президент России Дмитрий Медведев еще в самом начале своего президентского срока обещал сделать борьбу с этим негативным явлением своей приоритетной задачей.

Особенно главу нашего государства беспокоит продажность сотрудников таможни и органов внутренних дел, прокуратуры и Федеральной службы безопасности, судей и служащих аппаратов судов, органов государственной власти, муниципальных органов и, конечно же, работников системы российского образования.

Ведь давно не секрет, что сами ректоры вузов, деканы факультетов и преподаватели торгуют зачетами и экзаменами, местами в университетах и дипломами. Например, одной моей подруге, заканчивающей вуз заочно, дипломный руководитель продал работу, написанную кем-то из своих бывших студентов- очников. И это не единичный случай. Такое происходит сплошь и рядом. Таким образом, ситуация с коррупцией в образовании с каждым годом лишь ухудшается. Но, что самое страшное, продажные преподаватели подают пример своим студентам и выпускникам. И теперь уже эти молодые люди продолжают черное дело, начатое их наставниками.

Общими усилиями мы добились того, что образование в России сейчас превратилось в одну большую торговую площадку. И как бы печально это ни звучало, но большинство людей сейчас поступают в вузы не ради знаний, а ради диплома о высшем образовании, без которого, как считают многие, невозможно ничего добиться. И, соответственно, большая часть студентов, не желая учиться, покупает экзамены и зачеты, заказывает курсовые и контрольные работы, за кругленькую сумму приобретает дипломы.

Конечно, есть очень легкий и быстрый способ "получить" высшее образование - сразу купить диплом. Тем более, продают их в нашей стране буквально на каждом шагу. Однако война с этим бедствием уже началась. В СМИ то и дело появляется информация о поимке очередной банды, занимающейся поддельными дипломами, и о громких увольнениях чиновников, воспользовавшихся их услугами. Многих людей это все равно не останавливает, однако люди осторожные выбирают более спокойный вариант.

Спрос, как известно, рождает предложение. Поэтому объявлениями об изготовлении курсовых и дипломных работ обклеены все столбы, ими пестрят газеты и интернет-сайты. И содержание у них примерно одинаковое: "Желаете идти вперед? Время купить диплом! Дипломы на заказ - это единственный правильный выход".

Как правило, написанием дипломов и курсовых на заказ занимаются студенты-отличники. У них это не отнимает много времени и приносит неплохой доход. Например, одна моя знакомая, пока училась в университете, написала порядка 20-30 дипломных работ, а уж о курсовых и контрольных и говорить не стоит.

- Это был мой основной источник доходов, - рассказывает Мария. - Ведь студенческой стипендии, как известно, ни на что не хватает. Все началось с того, что ко мне обращались друзья и знакомые с просьбой сделать им ту или иную курсовую или контрольную работу. И так они сели мне на шею, что в один прекрасный момент мне это все надоело. Тогда и возникла идея брать с них за это деньги. Набравшись опыта, я решила подать объявление в газету. И мне начали звонить люди и заказывать курсовые и дипломные работы. 

- Ты бралась за любую работу или делала какой-то отбор?

- Училась я на филологическом факультете, поэтому, естественно, за работы по техническим специальностям я не бралась. Но что касается гуманитарного направления, я делала все. Однажды мне пришлось писать дипломную работу одной девушке, которая училась тоже на филфаке, но в другом вузе. Работу ей нужно было сделать по роману Михаила Шолохова "Тихий Дон". Признаюсь, что книгу эту я никогда не читала, но отказываться от этой дипломной работы не стала. Написала я ее буквально за одну ночь, зная только имена главных героев и основные сюжетные линии. В итоге моя заказчица защитилась на "отлично". А вообще мне приходилось писать работы и по психологии, и по логопедии, и несколько дипломов по педагогике. 

- Было такое, что твои заказчики были недовольны выполненной работой?

- Могу вспомнить всего один подобный случай. Я выполняла контрольную работу для одной девушки. Они принесла мне задание, я его выполнила. Однако сформулировано оно было не совсем корректно, и преподаватель в итоге попросил ее переделать работу. Она пришла ко мне с претензией, я посмотрела и сказала, что смогу переделать, но за небольшую доплату. Девушка не согласилась и устроила скандал. На следующий день, когда я возвращалась из университета, меня возле квартиры подкараулили двое парней и начали на меня "наезжать". В итоге после длительных переговоров я согласилась исправить работу, а парни мне за это еще и доплатили. Все завершилось миром. А вот к дипломным работам никаких претензий не было.

- То есть ты всегда подходила к своей работе ответственно?

- Конечно, я старалась делать все качественно. Но все равно есть огромная разница между работами, которые ты делаешь для себя и для других. Где-то я могла схалтурить, где-то что-то недоработать... Отдавая дипломную работу заказчику и получая деньги, я всегда знала, что если бы я приложила больше усилий, получше постаралась, работа бы получилась намного лучше.

- Сколько денег ты получала за свои услуги?

- Все зависело от темы, сложности, количества информации... Много всевозможных факторов влияет на цену. Но зарабатывала я достаточно, чтобы платить за квартиру, нормально питаться, хватало даже на развлечения. Естественно, вначале я брала авансы. И ни разу не было такого, чтобы со мной кто-то не рассчитался.

- Как сама считаешь, ты занималась честным бизнесом?

- Конечно, я полагаю, что заниматься подобным делом нечестно, но совесть меня не мучает. Ведь есть люди, которым учеба дается легко, которые с большим интересом посещают занятия и поступают в вузы ради знаний. Но ведь есть и те, которым важна только корочка, и знания им заменяют деньги. Мне всегда было жалко людей, которым учеба давалась трудно. Так что плохого в том, что я им помогала, пусть даже за деньги?

Одна моя подруга в свое время училась на заочном отделении. Она уже работала, поэтому времени на учебу, да и большого желания получать знания и нее не было. Так что все курсовые и контрольные работы она заказывала. Причем к концу учебы она так разленилась, что и на защиту этих работ сама не приходила. Вместо нее на все экзамены и зачеты приходила девушка, внешне чем-то похожая на нее. Моя подруга ей платила, исходя из того, какая оценка появлялась в зачетной книжке. В итоге, естественно, и дипломную работу моя подруга сама не сделала, и даже на защиту не явилась. В университете она появилась только на выпускной, когда ей вручали диплом. Что интересно, ни один преподаватель (даже декан факультета) ничего не заподозрил!

Подобные истории можно рассказывать до бесконечности. Каждый, наверняка, сможет вспомнить не одну такую. Во всей этой ситуации непонятно вот что: неужели преподаватели, деканы факультетов и ректоры вузов закрывают на все это глаза, стараются не обращать на это внимание? А может не все так плохо?

- Это дикость! - комментирует "БАШвесту" ректор БГПУ имени Акмуллы Раиль Асадуллин. - Нам давно известно, что студенты приспособились пользоваться услугами других людей. Мы рассматриваем это как чуждое для образования явление. Это надо прекратить! В нашем вузе установлена специальная электронная программа "Антиплагиат". Мы тщательно проверяем все дипломные работы, усиливаем контроль. Мы строго наказываем студентов, которые не проходят проверки, а также их дипломных руководителей.

Что ж, мы очень надеемся, что справедливость рано или поздно восторжествует и в нашей стране, прежде всего, будут цениться знания людей, а не оценки в их дипломах.



Об этом стараются не говорить, потому что считается, что этого нет. Но оно есть.

- Меня привязывали к стулу и пытали свеклой, - рассказывает Юлия, красавица, умница, аспирантка, пишущая диссертацию на очень интересную тему. Юлии сейчас уже 30 лет, но она на всю жизнь запомнила события 27-летней давности. - Я не хотела свеклу, но воспитатели считали, что этот полезный овощ я обязательно должна есть, и заталкивали мне его в рот, предварительно привязав меня, чтобы не встретить сопротивления. Но я не сопротивлялась, я плакала. С тех пор я не ем свеклу, только иногда - борщ или сельдь "под шубой".

А еще нам тогда давали сметану в чашках, а потом в эти же чашки разливали чай. И мы пили эту створожившуюся бурду.

Спать нас укладывали на веранде, видимо, для закалки, а у меня была астма, и мне нельзя было переохлаждаться. Я все время мерзла, и мама удивлялась, почему же у меня не проходит бронхит. Мне же не приходило в голову рассказать ей обо всех этих событиях, потому что я, как, наверное, каждый ребенок, считала, что все, что делают взрослые люди, - это правильно. Когда же я случайно обмолвилась маме, что замерзла в тихий час, и было проведено домашнее расследование - почему, то потом мне же и попало. Воспитательница собрала в группе что-то типа производственной оперативки, вывела меня на середину комнаты и сказала:

- Дети, я вас люблю, я вам вторая мама, но у нас есть девочка, которая меня не любит и желает мне зла! Давайте все хором скажем ее имя.

Все сказали. Это было ощущение травли. Оно не стирается со временем, хотя прошло больше четверти века. И теперь, когда мои подруги говорят: "Отдам ребенка в садик", у меня волосы дыбом встают, для меня это звучит так же, как: "Отвезу ребенка в Освенцим, пусть помучается".

А еще, - продолжает Юлия, - однажды на музыкальных занятиях воспитательница предложила детям танцевать, кто как хочет, и я стала танцевать, как хочу. Но потом она сказала, что все танцевали хорошо, а Юля - отвратительно, и не надо повторять ее движения. С тех пор я не танцую, потому что запомнила на всю жизнь, что компетентные люди считают мои движения некрасивыми.

Это реальные события из жизни реального человека. И как ни прискорбно, это не единичный случай. 28-летняя Гульшат также с содроганием вспоминает, как однажды в четырехлетнем возрасте в детском саду она отказалась есть салат, потому что капустная кочерыжка в этом салате напомнила ей паучка и она испугалась. Тогда воспитатели положили этот салат ей в суп, туда же вывалили второе блюдо, вылили компот и заставили все это есть.

Еще всплывают в памяти жуткие рассказы жертв псевдопедагогики о том, что их ставили босиком на холодный кафельный пол в туалете, видимо, для того, чтобы застудившиеся почки всю жизнь напоминали, как надо и как не надо поступать. Как мальчика за какой-то, очевидно, совершенно ужасный проступок переодевали в девичье платье, чтобы все над ним смеялись. Какие добрые чувства в нем и в других детях при этом воспитывали?

Конечно, это нонсенс. Подобные крайние проявления "воспитательной" работы составляют, наверное, сотую, тысячную долю процента в общей доле благородного труда педагогов. Однако нельзя говорить, что это было четверть века назад, а теперь такого нет. Может быть, не в таких проявлениях, но все равно встречается. Некоторые взрослые почему-то считают, что могут унижать ребенка, силой подавлять его волю.

Не пойду далеко за примером. Когда несколько лет назад мы устраивали ребенка в садик, у нас была возможность выбора, и, естественно, мы выбрали садик, который на хорошем счету в РОНО. Но прежде, чем вести туда дите, я пошла познакомиться с коллективом и с методами работы в этом учреждении. Первое, что бросилось в глаза, вернее в уши - это то, что к детям обращались по фамилиям и в манере, близкой к армейской. "Петров, сесть! Иванов, ко мне!" А потом стала свидетелем очень показательной сцены. Маленькая худенькая девчушка переодевала платье, как-то судорожно забившись в угол раздевалки. Поразили пугливые взгляды, которые она бросала на воспитательницу. Та несколько раз поторопила ее, а потом раздраженно сказала:

- Сидорова, ты там долго будешь своими титешками трясти?

"Тряска титешками" - это очень актуально для четырехлетней крошки, не правда ли? В какие комплексы это впоследствии выльется? Кто скажет? Откуда у нас неуверенные в себе девушки, несчастные в семейной жизни женщины? Откуда юноши, считающие, что дамское платье - подходящая для них одежда? Из детства!

После этого я проходила мимо соседнего детского сада, который не особенно обременен наградами и не на таком хорошем счету в РОНО. Но сидящие там на скамеечках пожилые воспитательницы обращались к гуляющим детям: "Машенька! Петенька!" И мы отдали ребенка в этот садик. И не пожалели об этом.

Интересно, откуда берутся люди, работающие с детьми, но не любящие их? Ведь власть без любви делает человека насильником.

А все объясняется очень просто - зарплата у воспитателей детского сада очень и очень небольшая. Нагрузка, наоборот, очень большая - 20-30 детей, сопливых, капризных, порой глупых, которых надо накормить, спать уложить, с которыми надо позаниматься и погулять, попутно помочь им раздеться и одеться. Как вы думаете, пойдет человек с высшим образованием на зарплату в четыре тысячи и на такую мороку? Вот и берут в детские сады тех, кто приходит сам. А сами приходят женщины, у которых есть маленькие дети, но нет возможности достать путевку в садик. Они устраиваются воспитателями или нянями с тем условием, что возьмут их ребенка. Когда их принимают на работу, то на их моральные качества смотрят в самую последнюю очередь, да и то сквозь пальцы. В том же "образцово-показательном" садике, куда мы поначалу взяли путевку, молодые воспитательницы, принятые именно таким образом, периодически бегали на улицу курить, и регулярно их увольняли за коллективные выпивки на территории дошкольного учреждения. Но потом брали обратно, потому что кадров не хватало.

Но это, разумеется, самый худший вариант. Во многих садиках остались еще "старые" кадры, которые работают, по большому счету, не за деньги, а за идею. Во многие детсады все-таки приходят молодые специалисты. Да и среди тех, кто вынужден работать в садике из-за своих детей, тоже немало хороших людей.

О том, что ситуация с кадрами в детских садах постепенно улучшается, говорит заведующая одним из детских садов Уфы.

- Период до кризиса был очень сложным. Специалистов по работе с дошкольниками не хватало. Были, конечно, те, кто работает по призванию, они работают и сейчас, но их мало. Однако в последнее время в детские сады все-таки приходят молодые специалисты с высшим образованием. Правда, например, в наш садик пришли не педагоги-"дошкольники", а педагоги-психологи, но они все же близки к нашей профессии. С ними приходится больше работать индивидуально. Они должны адаптироваться к этой работе. Мы приглашаем их в группы, чтобы они посмотрели - что делают воспитатели, как они принимают детей с утра, как организуется их деятельность в течение дня. Человек должен понять - каковы его основные обязанности, как общаться с детьми, ведь основная наша задача - охрана жизни и здоровья детей.

Каких-либо инцидентов с наказаниями или насилием над детьми в моей практике не было. Когда принимаю кого-то на работу, я всегда четко говорю: "Родители должны уходить на работу со спокойной душой, ведь детский сад - это второй дом. Детей доверяют нам на целый день, и наша обязанность - окружить детей вниманием, заботой и лаской". Если при отборе кадров я замечу, что человек не очень хорошо относится к детям, мы с ним попрощаемся, такого держать никогда не буду.

Путевку в садик для ребенка родители получают в мае, - продолжает педагог, - но формирование групп начинается обычно в августе и продолжается до октября. Чтобы адаптация детей к детскому саду прошла наиболее безболезненно, разработана специальная программа. Сначала ребенка приводят на два часа на утреннюю прогулку или в группу - он играет с детьми, знакомится с воспитателями. Потом его приводят с утра и оставляют до обеда, причем - если он хочет, то садится за стол и обедает, тогда мы "ставим" его на питание, если не садится за стол, то никто его не неволит. Бывают дети, которые остаются сразу и даже ложатся спать после обеда, но потом все же осознают, что находятся не дома, а в совершенно незнакомой обстановке и начинают плакать. Поэтому мы рекомендуем не торопиться и привыкать к детскому саду в щадящем режиме.

Комментарий специалиста успокаивает. Однако, родители, собирающиеся отдавать детей в дошкольное общеобразовательное учреждение, как официально называется детский сад, а также молодые люди, которым предстоит сделать это в перспективе, все-таки, отправляя туда свое чадо, внимательно присмотритесь к людям, которые будут примером и судьей для вашего малыша в течение нескольких очень важных лет. Ведь в эти годы закладывается характер.



Будни и праздники «лишних» людей

10 января Республиканскому дому престарелых и инвалидов исполнилось 50лет. За полвека здесь обрели последний кров тысячи людей, оказавшихся к старости никому не нужными. Но некоторые вопреки всему находят здесь счастье.

ЗДЕСЬ РОДИТЕЛЕЙ ПРИНИМАЮТ?

Здание, спрятанное в парке на окраине города Октябрьского, похоже на старинный барский особняк, а внутри пахнет казенным бельем и старостью. Стоит войти – и на тебя устремляется множество взглядов: «К кому приехали? Вдруг ко мне?» Совсем одиноких из 525 обитателей здесь менее десятка. Это освободившиеся из мест заключения, которым просто негде жить, или люди, так и не создавшие семьи. А у многих есть сыновья, дочери, племянники, которые ничего не хотят знать об этих немощных стариках и старухах.

- Когда к нам привозят устраивать очередного жильца, мы всегда спрашиваем, есть ли у него близкие родственники, - рассказывает воспитатель Эльвира Еникеева.- Если ответить честно, что есть, процедура оформления может затянуться надолго, даже на годы. Поэтому говорят: «Детей нет, а мы дальние...» Часто приносят на носилках, скидывают в прямом смысле лишний груз и тут же забывают. Некоторые сами виноваты в том, что стали никому не нужны. Много примеров, когда мужчина в молодости бросает жену с детьми. Она растит их одна, он гуляет… Приходит старость - ни выросшие дети, ни жена принимать его к себе не хотят. И бывший «орел лихой» оказывается здесь. Но и таких прощают. Десять лет как живет у нас инвалид первой группы, к которому недавно приехали сын и внук - впервые за 30 лет! Сын уже сам разошелся с женой на почве пьянства, почти опустился на самое дно, но вовремя одумался и завязал с водкой. Для отца, понимающего свою вину, эти свидания - самые счастливые минуты в жизни.

БОЛЬШЕ НЕ НУЖЕН

- Бросают не только свои дети, но и приемные, - продолжает Эльвира Разиповна. – Один из наших жильцов в свое время женился на женщине с детьми, заменил им родного отца. Когда жена умерла, они его «сдали» в дом-интернат. Прошел год. Все это время он пишет им письма: «Приезжайте, я соскучился!» Ему никто не отвечает. Он пристает к воспитателям: что там у них случилось, почему нет ответа?! Мы успокаиваем: ничего не случилось, наверное, просто некогда. Я не выдержала, написала детям: «Пришлите отцу письмо, он же вас вырастил – имейте совесть!» В ответ – гробовая тишина. Ну, как старому человеку сказать, что он просто не нужен?

СТАРАЯ ГВАРДИЯ НЕ СДАЕТСЯ

1 июля Салихжану Шарафутдинову исполнился 101 год. В доме-интернате он уже 16 лет, о нем как о долгожителе охотно пишут местные журналисты. Салихжан абый и разговор может поддержать, и ходит сам.

- Как здоровье? – кричит ему в ухо Эльвира Разиповна.

- Да что-то видеть плохо стал, - жалуется он.

- Не может быть, у вас же новый век начался. Не болейте, поживите еще...

А дед Салихжан, довольный возможностью пообщаться, охотно рассказывает историю своей жизни. После смерти родителей в 13 лет он оказался в детдоме под Казанью. В 19 лет сражался с басмачами в Фергане. Там познакомился с медсестрой, которая на полвека стала его спутницей. На хлебе давали друг другу клятву, что не будут изменять друг другу. И сдержали слово. Родились у них сын и дочь. 25 лет отработал Салихжан Шарафутдинов шахтером в Киргизии. В молодости покуривал и чуть-чуть выпивал – «для аппетита». Никогда никому не говорил тяжелых слов. Сын трагически погиб, потом похоронил и жену. Поехал в Уфу к дочери. Умерла и она, а за ней зять. А внук с внучкой устроили деда в дом-интернат и с тех пор его не навещали. Ни разу не высказал он в их адрес ни одного упрека. Все ждет, может, заедут его проведать.

МОЛОДАЯ СМЕНА

По переходу между корпусами мчится на коляске парень. Еле успеваем уступить ему дорогу.

- Марат, осторожно, так быстро не гоняй, кого-нибудь собьешь! – кричит вдогонку воспитатель Эльвира Еникеева. Оказывается, он отморозил зимой ноги по пьянке, так и стал инвалидом. А теперь, похоже, примирился со своей судьбой – несчастным, по крайней мере, не выглядит.

Многим жизнь в интернатах предопределена с рождения. Это брошенные матерями еще в роддомах дети-инвалиды. Одни с физическими недостатками, другие с умственной отсталостью, у многих сочетается то и другое. Таких здесь больше ста, все они воспитанники Серафимовского дома-интерната для детей (сегодня их там более шестисот). После совершеннолетия все распределяются в интернаты для взрослых, в том числе и сюда. Другой дороги у них нет.

То одна, то другая девушка подходит к Эльвире Разиповне:

- Можно с вами поговорить?

- Я сейчас занята, - отвечает она.

Одни тихонько отходят, другие возмущаются:

- Вы все время заняты!

Да, с полдевятого утра до полдевятого вечера воспитатель здесь нарасхват – одна на полтысячи человек (и еще две нянечки).

- Но молодежь нам здорово помогает, - говорит Эльвира Еникеева. - Вот Любочка Грибова вместе с санитарками ухаживает за лежачими больными, Саша Попов и Альберт Сулейманов помогают электрикам, Галинур Баков любит наводить порядок на территории. А с наступлением весны вся наша трудоспособная молодежь начинает работать в огороде. Это мы называем трудотерапией. Те, кто покрепче, занимаются спортом в тренажерном зале. А еще молодежь обожает всякие конкурсы художественной самодеятельности. Я была в интернате в конце декабря, и здесь, как везде, готовились к Новому году.

- Вот печатаю сценарий бала-маскарада, выбрал роль Карабаса-Барабаса, - рассказал один из активистов, 30-летний Сергей Усынин. - Будут и лотерея, и танцы… И на Рождество устроим праздник. Зимой выезжаем на лыжную базу, а летом - на озеро Кандрыкуль. Участвуем в турслетах представителей домов-интернатов. Раз в неделю к нам привозят из города кино.

- О чем ты мечтаешь?

- О ноутбуке. Коплю деньги. А недавно купил «крутой» телефон.

Оказывается, накопить здесь можно. Три четверти пенсии у обитателей интерната по договору с администрацией уходит на проживание, а остальное они получают на руки. Кроме того, Сергей работал штукатуром-маляром в строительной бригаде, которая недавно ремонтировала здание. Рассчитывает, что удастся «подшабашить» еще.

ТАНЯ-ОПТИМИСТКА

Татьяна Шеина – инвалид первой группы, у нее никогда не было рук. Но с четырех лет в Серафимовском доме-интернате она научилась рисовать, умудряясь удерживать кисть культей. Уже здесь, в Октябрьском она стала оттачивать мастерство, и ее картины занимают первое место на выставках в городском дворце культуры. По натуре она неунывающий лидер, оформляет стенгазеты и объявления, очень любит читать газеты и разгадывать кроссворды. Бросив взгляд на мои записи в блокноте, Татьяна твердо попросила:

- Да не пишите вы, что я безрукая!

Действительно, назвать ее безрукой язык не поворачивается. Таня носит вещи, ест, пишет – все без посторонней помощи, доказывая окружающим, что она обычный человек.

БЕЗ КОЛЕЦ И МАРША МЕНДЕЛЬСОНА

Часто здесь образуются пары. Ни свадьбы, ни торжественной регистрации не устраивают, зато по решению администрации «молодым» выделяется отдельная комната. Например, Талгат Гаскаров, живущий в интернате уже 40 лет, нашел здесь любимую – женился на женщине, тоже с инвалидностью. И они вполне счастливы.

А вот еще жених с невестой. Оба сидят в колясках, а лица так и светятся от чувств. Ильфир здесь семь лет, Светлана два года. У обоих были семьи, но в результате трагедий они оказались не нужны здоровым супругам.

- Кому нужен инвалид? В квартире я остался один, а здесь жить все равно лучше, - говорит Ильфир, не отводя глаз от своей избранницы. Да, нашли люди счастье - как им не позавидуешь!

Досье

В конце 2009 года дом-интернат чуть не закрыли по решению Верховного суда РБ из-за претензий государственной службы пожарного надзора.

Министерство труда и соцзащиты населения РБ быстро выделило деньги, и предписания удалось выполнить в срок.

В 2008-2009 годах из-за несоблюдения противопожарных и санитарных норм были закрыты отделения стационарного социального обслуживания в Балтачевском, Белокатайском, Бурзянском, Караидельском, Мечетлинском, Татышлинском, Чекмагушевском, Белорецком районах и городе Белорецке.

Цифры

В Башкирии имеется 21стационарное учреждение социальной помощи (дома-интернаты, дома инвалидов и др.).

В них содержится 5661человек.

По данным Министерства труда и соцзащиты населения РБ.



Объявление в бесплатной рекламной газете настойчиво предлагало купить квартиру в строящемся доме по улице Губайдуллина, 11, хотя официально стройка считалась замороженной. Но об этом, к сожалению, знали только мы, потому что сделали официальный запрос в администрацию города. Остальным покупателям это было невдомек.

Приезжаю в агентство недвижимости и изображаю крайнюю заинтересованность в покупке новенькой «трешки».

 - Срок сдачи - второй квартал 2010 года,  - невозмутимо поведал мне риэлтор.

 - А сейчас строительство на каком этапе? 

 -  Пока заливают фундамент.

- А успеют? Полгода до сдачи осталось. 
-
- Конечно! Там всего одна секция, девять этажей.
-
Риэлтор показывает план квартиры, расположение дома в квартале. И цена привлекательная. Всего-то по 29 тысяч за квадрат, хотя новостройки сейчас продают по 35-40 тысяч. Моя «трешка» -  почти 100 квадратов  - обходится в 2,8 млн. рублей.

- Мы субподрядчики, поставляем арматуру. Нам деньги нужны уже сейчас, чтобы закупать материалы. Вот поэтому и снижаем ценник. А недавно вообще по 23 тысячи за квадрат продавали, - объяснил такой аттракцион щедрости риэлтор.

Попрощались на том, что я взяла договор и обещала подумать. Документ отнесла юристу Александре Юдиной.

- Договор нормальный - оснований считать, что застройщик обманывает дольщика, -  нет, - вынесла вердикт Александра.

Больше всего меня смутила строчка об ориентировочном сроке сдаче объекта и возможности его переносить: то есть если не успеют они достроить вовремя, ничего им не будет. А я окажусь в подвешенном состоянии – ни квартиры, ни денег…

- Законом предусмотрен сдвиг срока сдачи объекта по договору путем заключения дополнительного соглашения, - разъяснила Александра, - поэтому и застройщик оставляет это право за собой. В договоре же не сказано, что срок может сдвигаться на усмотрение застройщика. В конце концов, дольщик может просто не подписать соглашение о сдвиге сроков и вернуть  вложенные деньги через суд.

Судебные тяжбы мне совсем не улыбались. Но все же мы решили посмотреть, как идет стройка.

Дом сдали без света и воды

Дом длинный, пять секций. Четыре из них уже построены, а моя секция представляла собой фундамент, заваленный мусором.  Все остальные подъезды закрыты на ключ. Как потом выяснилось, поставить железную дверь с замком жильцы были вынуждены после того, как ушлые соседи срезали электропроводку, а из некоторых квартир вынесли батареи – не всем они, видимо, достались….

В доме нет воды и света, а недавно еще и отопление отключили. Между тем здесь уже живут – потому что больше негде.

К постоянным жильцам незаселенного дома, приходится  идти через строительную грязь. В подъезде перил нет, чтобы не упасть пробираюсь вдоль стенки. Нужную квартиру я нашла сразу: из коридора протянуты провода с электричеством. В квартире живет молодая семья с двумя маленькими детьми. 

- Проходите, только тапочки обуйте, у нас тут холодно, - приглашает гостеприимная хозяйка.

Без света и воды семья умудрилась сделать ремонт и кое-как наладить быт. Чтобы был свет, протянули «времянку», а воду привозят в пластиковых бутылках. Младшей дочери нет и года, и большую часть времени ей приходится проводить в коляске. 

Сейчас дело находится на контроле в администрации и у жильцов появилась надежда, что ситуация сдвинется с мертвой точки. 

А вот потенциальный жильцы «моей» секции «А» рискуют вообще не увидеть никаких квартир – ни с водой, ни без воды. Дело о банкротстве застройщика находится в арбитражном суде республики. Стройка замерла на уровне фундамента, а риэлторы продолжают продавать квартиры в доме-призраке. Трудно поверить, что они не знают истинного положения дел у своего партнера.  Кстати, как мы ни пытались выйти на связь с застройщиком, ничего не вышло – все телефоны молчат.

ЗВОНОК В АДМИНИСТРАЦИЮ

Продавать жилье в замороженных объектах можно

Альберт Сулейманов, специалист Управления капитального строительства администрации Уфы:

- Закон не запрещает продавать квартиры на замороженных объектах. Остановка строительства происходит по разным причинам. В том числе, у застройщика могут закончиться деньги. Поэтому он будет стремиться привлекать новых дольщиков, чтобы деньги появились и стройка была возобновлена. 

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Как проверить компанию-застройщика?

Екатерина Осинская, риэлтор:

- Регистрация договора долевого участия в Регпалате защищает только от риска двойных продаж. Узнать, каково реальное положение дел у застройщика простому покупателю практически невозможно. Только из каких-то неофициальных источников. А вообще, прежде чем платить деньги, полезно время от времени наведываться на стройку и наблюдать за ходом работ. Нелишним будет расспросить работников разных агентств недвижимости: какова репутация застройщика на рынке.

СОВЕТ «КП»

- Загляните на сайт www.sro-s.ru. здесь публикуются списки саморегулируемых организаций. Если компании-застройщика и подрядчика нет в списке, то по новому закону вести строительство им запрещено.

- Проверьте, нет ли у компании судебных исков на сайте www.ufa.arbitr.ru. 

- Полезно будет зарегистрироваться на сайте www.vdolevke.ru. здесь общаются дольщики по разным причинам не получившие обещанного жилья. Возможно, что найдете информацию и по своему дому.



Долгожданный закон о торговле начал действовать в стране с 1 февраля. Это первая попытка законодателей привести в порядок потребительский рынок. Как и положено, первый документ в истории получился спорным и неоднозначным.

Революционными в законе называют те статьи, что ограничивают непомерные аппетиты продавцов. Уже ни для кого не секрет, что поставщики отстегивали немалые суммы за право выставлять товар в магазине, за лучшие места в зале, за рекламу. Закон предусматривает и строгое ограничение сроков оплаты товара. Теперь рассчитываться за товар продавцы обязаны в течение 10, 30 или 45 дней – в зависимости от срока годности товара.

- Эти ограничения коснутся в основном торговых сетей, - отмечает Гузэль Асылова, заместитель председателя Госкомитета по предпринимательству и торговле Башкирии. -  Мелкие магазины и индивидуальные предприниматели и до принятия закона работали по схемам, близким к требованиям нового документа.

А вот крупные торговые сети вели себя с поставщиками, как хотели. И получалось, что фактически не клиенты решают, что им покупать, а магазины. На прилавках супермаркетов появлялся только тот товар, поставщики которого были согласны заплатить так называемый входной билет. А за вход сети просили немалые суммы.

- Поймите, у нас заключен договор, где прописано, что мы не имеем права разглашать эту информацию, - осторожничают в одной из уфимских компаний. – Могу сказать, что в  «Метро» мы заплатили 500 евро за одну позицию товара. А всего их у нас пять! Вот и считайте: вход в этот магазин нам обошелся в итоге в две с половиной тысячи евро. Правда, за те годы, что мы с ними сотрудничаем, этот билет уже окупился.

Со слов одного из поставщиков напитков за вход в супермаркет «О’кей» они заплатили около 80 тысяч рублей. Айрат Сафаров, директор Хлебозавода №7 не скрывает возмущения.

- Вы знаете, сколько мы платили сетям? 10 тысяч рублей за право продаваться в каждом магазине!

Кроме входного билета, сети выставляли обязательные условия для поставщиков – оплата рекламы, процент с товарооборота, бонусы за продажу и т.д. Теперь же все эти излишества запрещены законом. 

Если у сетей забирают часть доходов, к которым они давно привыкли, как это отразится на ценах? На этот счет мнения кардинально не совпадают.

ВЕРСИЯ 1: Цены упадут на 15%

Евгений Федоров, председатель комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству на одной из пресс-конференций заявил, что цены в супермаркетах к концу этого года упадут на 15 %. При этом он пояснил, что снижение произойдет за счет того, что закон ограничивает развитие сети, занимающей четверть рынка. То есть монополий в торговле не будет, а это подтолкнет к развитию конкуренции и разогреет рынок. 

Но для нашей республики это не совсем актуально. Как подсчитали в республиканском Госкомитете по предпринимательству и торговле, в Уфе доля сетевиков не превышает 17 %  всего товарооборота, а в среднем по Башкирии этот показатель еще ниже – 10%. А раз нет монополии, то некого и ограничивать, некого закрывать. Значит, та монопольная составляющая, на которую надеется Евгений Федоров, для республики вообще не характерна, и вряд ли у нас цены снизятся.

ВЕРСИЯ 2: Ничего не изменится

Большинство местных участников рынка считают, что на ценах это вообще никак не отразится.

- Мы уже месяц отработали по новому закону и сети уже заключают по нему договоры, – пояснила Гузэль Асылова, заместитель председателя Госкомитета по предпринимательству и торговле Башкирии. - Вы заметили, что цены в супермаркетах изменились? Нет. Я думаю, что проблема нового закона о торговле несколько надумана. Он ставит жесткие условия для торговых сетей. Но у нас в республике их доля не так высока, а цену формирует общая конъюнктура рынка.

- Цены диктует рынок, а мы не готовы расстаться со своим покупателем. Наши затраты действительно увеличатся, но покрывать мы их будем не за счет покупателей, а за счет внутренних резервов, - заверила нас Надежда Фадеева, директор ООО «Салют-Торг» (сеть магазинов «Пятерочка»).


ВЕРСИЯ 3: Вместо поставщиков платить будут покупатели

Конечно, никто пока не хочет брать на себя такую ответственность и заявлять, что ценники перепишут в большую сторону. Лишь некоторые осторожно замечают, что те сети, которые баловались большими бонусами, могут цены и поднять. Ведь новый закон не противоречит принципам рыночной экономики и отнюдь не предусматривает ограничения торговых наценок.

– Сейчас в российском Правительстве готовится перечень социально значимых продуктов питания, на которые могут установить ограниченные торговые надбавки, - рассказывает Валерий Белов, начальник отдела развития продовольственных рынков и связи с отраслевыми союзами Министерства сельского хозяйства РБ. -. Но он в стадии разработки и пока точно неизвестно, какие именно продукты в него войдут, по последней информации их было около 60. 

Хотя пока что перечня как такового нет, в новом законе о торговле прописано, что надбавка не может превышать 7 %. 

Полки супермаркетов опустеют? 

Закон предусматривает строгое ограничение срока расчета за товар. Раньше продавцы предлагали заключать договоры, где срок оплаты прописывался весьма условно - по мере реализации. Отныне они определены очень четко. А значит, у торговых сетей не будет возможности пользоваться беспроцентным кредитом, который им фактически предоставляли поставщики. И сейчас некоторые сети может и побояться брать неходовые товары.

- Вполне вероятно, что в первое время ассортимент сократится, но я думаю, что в дефиците не заинтересован никто, а особенно сети, - считает Ирина Рублева, начальник Управления потребительского рынка Уфы. - Для этого и дано время перезаключить договора. 

В одной из крупнейших компаний Х5 Retail group N.V., в Уфе этой сети принадлежат магазины «Карусель», «Перекресток» подтвердили, что на прилавках останутся только самые популярные товары, которые хорошо продаются.

- Мы уменьшим издержки, сократив количество ассортиментных позиций. Все товары с низкими рейтингами исчезнут с наших полок, - заявляет Радик Ибрагимов, директор филиала «Приволжский» Х5 Ритейл групп. – Останутся не те товары, продажа которых выгодна поставщику, а те, которые востребованы покупателем. 

А в «Матрице», где, если верить слогану, все стало хорошо, обещают, что хорошо будет и дальше – полки супермаркетов не опустеют. 

- Не вижу причин для этого, - поделилась Юлия Азаматова, начальник отдела маркетинга ООО «Универсал-Трейдинг» (сеть супермаркетов Матрица). - Я не могу сказать, что новый закон о торговле как-то повлиял на количество наших поставщиков. 

- У нас дефицита не будет, иначе зачем вообще торговать? - уверена за уфимскую «Пятерочку» Надежда Фадеева. - Все графики поставок расписаны.

«Полушка»  позицию свою обозначать не стала – отписалась сухим комментарием: мол, изучили закон, будем выполнять. А некоторые федеральные сети – например, «Магнит» -  предпочли и вовсе не отвечать на наши вопросы.

А станет ли легче?

В приватной беседе один из поставщиков поделился своим мнением: 

- Если бы все законы у нас соблюдались, - вздохнул наш инсайдер. - Они как брали эти входные билеты, так и продолжают брать. А кто их проверит? Это дело прокуратуры. Но штрафы за нарушения мизерные и закрыть магазин не имеют права. А тут еще новый закон о проверках, который запрещает проверять предпринимателей без особой на то нужды.

Конечно, слова любых поставщиков следует воспринимать с поправкой на их давнюю обиду к сетям. Вспомним хотя бы соглашение о поддержке местных производителей, которое заключили администрация Уфы и большинство крупных ритейлеров. И действительно, в супермаркетах, что приняли условия города, плату за вход с местных производителей не брали. К соглашению тогда не присоединились «Метро» и «Карусель».

- Думаю, ничего у нас не изменится, – подытожил наш эксперт. 

Официальные лица пока опасаются прогнозов и предлагают оценить масштаб изменений осенью, когда истекут 180 дней отсрочки, и все торговые сети будут работать по новому закону. Но в любом случае, сети будут сражаться за покупателя, как и раньше, ведь главная задача продавцов – получать прибыль. А покупатель сам выберет, где его устраивают цены и ассортимент.



В последние месяцы всё чаще ловлю себя на том, что начинаю испытывать зависть к коллегам, которые ходят на работу пешком. Еще бы: неспешная 15-минутная прогулка – и ты на рабочем месте. Раньше я об этом как-то не задумывалась: автобус бодро довозил меня из Демы до университета, а лотом и до работы за 25 минут. Сегодня езда на работу становится аттракционом (довольно нудным, к сожалению). В начале лета, например, пробка начиналась еще в Деме, на улице Правды. «Небольшая» – минут на 25-30. Потом – на путепроводе через железнодорожные пути – еще минут на 10-15. Пассажиры автобусов в дороге привычно достают мобильники – звонить на работу и извиняться за опоздание, откладывают и переносят встречи, кондукторы тоже мрачнеют: они понимают, что снова остаются без обеда (это время ушло на стояние в пробках). Плюс пара пробочек на Фрунзе и Ленина – и вот она, работа, «домчались» за 80 минут!

Уже не один год ведутся разговоры о том, что вот-вот, совсем скоро появится дополнительный путепровод через железную дорогу, и проблема решится. Вот, вроде бы и подъездные пути года два назад отсыпали, когда до¬рогу расширяли, и мост через реку Дему построили, и даже беседы про троллейбусный маршрут стали вести. Район постоянно расширяется, что ни месяц – то новая многоэтажка появляется, в ближайших планах – строительство «Города природы» между Демой и Затоном. Машин стало больше в разы, район задыхается, а нормального движения из района нет. Вся проблема – в узеньком путепроводе. Человек я не очень нервный, но иногда, стоя в душном, набитом битком автобусе рядом с потными, усталыми и озверевшими от стояния в пробке согражданами, чувствую, что мне хочется или выйти и попинать колеса автобуса, или кого-нибудь убить от тоски. На соседней полосе скучают иномарки, на обочинах вынужденно отдыхают закипевшие от такого режима езды сдавшиеся «Жигули». Самые «борзые», уставшие ждать водители «рвут» по обочине с десяток метров, взметая клубы пыли. И так – практически каждый день.

Конечно, городские власти не бездействуют. Так, расширены выездные дороги из Демы – улицы Правды и Центральная. Но ситуацию это улучшило не намного: несколько полос движения всё равно встречаются у бутылочного горлышка путепровода через железную дорогу, где имеется только две полосы: туда и обратно и – здравствуй, пробка!

– Стоит ли демчанам ждать улучшения ситуации? Или, возводя новые дома, городские власти не задумываются о возрастающем пассажиропотоке? – спрашиваю я у начальника управления коммунального хозяйства и благоустройства администрации городского округа город Уфа Владимира Чернова.

– По заказу управления ведутся проектно-изыскательские работы по возведению путепровода через железнодорожные пути, что позволит увеличить пропускную способность автомобильной дороги «Уфа – Дема». Но данный проект будет реализован в 2011 году, если будут бюджетные средства.

– А как со средствами в этом году? Кризис не повлиял?

– Кризис уже дал себя знать: сумма в бюджете в этом году на все мероприятия по строительству, реконструкции и капремонту дорог заложена чуть меньше, чем в прошлом. Путепроводы нужны, мы это понимаем. Но их строительство очень дорогое, поэтому, где возможно, мы расширяем улицы. На какое-то время это позволит разгрузить дороги. Сейчас управление готовит программу на 2010 год по расширению улиц Уфы, в частности Коммунистической, Сочинской, Цюрупы, Кирова (от улицы Ленина до Ветошникова), Октябрьской революции (от улицы Ленина до Цюрупы), Вологодской. Также в целях обеспечения максимальной пропускной способности и уменьшения заторов автотранспорта рассматривается возможность расширения проезжих частей перекрестков улиц с правым поворотом, что позволит получить дополнительные полосы. Соответствующая программа готовится с перспективой на ближайшие три года. В нее будет включено порядка ста перекрестков.

– Мы, уфимцы, видим, что строительство, реконструкция и капитальный ремонт городских дорог ведется. Но мы видим также, что отремонтированные дороги совсем скоро превращаются в «нечто», что дорогой назвать язык не повернется, и вновь начинается ремонт. Например, на проспекте Салавата. То ли щебенка у строителей дорог некондиционная, то ли асфальт какой-то «не такой». В чем дело?

– Да, по проспекту Салавата отмечается большая колейность, – соглашается Владимир Чернов, – поэтому принято решение о проведении ремонта дороги. СТС «Автодор» завершит ремонт в течение августа. Для ремонта дороги здесь применяется новый тип щебеночно-мастичной асфальтобетонной смеси, которая обладает повышенной износостойкостью. Эта смесь апробируется впервые, если она хорошо себя зарекомендует, то ее будут широко применять в строительстве дорог.

Надеемся, что так и будет. А то на днях знакомый автолюбитель приглашал корреспондентов в гости в Сипайлово. Там имеется «дорога жизни», до которой у дорожников руки хронически не доходят. На въезде в один из микрорайонов Сипайлово (около АТС) есть так называемая «дорога» протяженностью 200-300 метров, которую преодолеть можно, крепко стиснув зубы (иначе на кочках язык откусить недолго). Иномарки, имеющие, как правило, средний и низкий клиренс, по этой «дороге» ехать отказываются: жизнь дороже, а их хозяева, оглашая окрестности нецензурной бранью, заставляют их всё же ехать, но интересуются, куда уходят налоги на содержание дорог, если даже в центре города порядок навести не могут?

Что ж, если вы «сели» в Сипайлово около АТС, то бросайте ваши «тачки» на полдороге и идите лучше смотреть на возводящийся приоритетный объект – защитную противопаводковую дамбу. В октябре будет сдана первая очередь (от Лихачевской излучины до створа улицы Королева – 1,4 километра). Здесь не только возведут дамбу, но и обустроят смотровые площадки, проложат дорогу, тротуары, установят освещение, скамейки для отдыхающих. Запланирована и вторая очередь строительства – продолжение дамбы (еще 3,5 километра).

Что ж, по одежке протягивай ножки. На все наши запросы у администрации города денег не хватит. Но хотелось бы, чтобы, планируя развитие города, строя дома, власти думали бы о том, как будут выбираться на работу и ехать домой люди, которые поселятся в этих домах.

Понять нужды и чаяния простого демского народа можно только тому, кто в пятницу вечером сядет в автобус № 57 и попробует приехать в Дему. Уверена: вам это ОЧЕНЬ не понравится. Не нравится это и нам, кто так ездит каждый день. Но ездим. Завидуем жителям Черниковки, у которых такой путепровод построили, с завистью оглядываем новый мост через Уфимку (вот кому-то повезло на дачу ездить!) и ждем. Авось деньги всё же будут, и мы перестанем ежедневно вычеркивать из жизни часы, которые могли бы использовать на сон, на семью.

Вы бы нам телевизоры, что ли, вернули! Раньше было время – хоть башкирскую эстраду по телеку в автобусе можно было посмотреть, мультик какой-нибудь, новости или петросянщину. А сейчас остается только переругиваться с такими же утомленными жертвами урбанизации да смотреть, как какая-нибудь субтильная дамочка начинает оседать в обмороке; еще можно всем автобусом играть в игру «найди валидол для сердечника». Так что даешь Петросяна – раз уж на путепровод денег нет!




Недавно я побывала в гостях у своей однокурсницы, с которой вместе учились в университете. Обрадованная встречей, Дина стала готовить чай. «А где твой муж Руслан?» , интересуюсь я.

- Не спрашивай, подруга. Руслан поехал в свою родную деревню. На разведку. Родственники звонили, говорят «невестка опять «в загуле»… - Голос Дины задрожал. Она стала очень грустная.

Из ее слов стало понятно следующее. Ее муж вырос в большой семье, где воспитывались восемь детей. Двое из них живут в городе, а остальные обосновались в разных деревнях. В каждой семье по 3-4 детей.

- Жена одного из братьев Руслана 37летняя Мадина, мама 4 детей, как-то незаметно пристрастилась к спиртному, - рассказала мне Дина. – Пьет она не так как другие односельчанки, «по-своему». В течении года Мадина – образцовая мать, хорошо ухаживающая за своими детьми, мужем, старательная, чистоплотная домохозяйка. По отношению к мужу – внимательная, ласковая жена. А как она готовит! Но вот проходит год, и Мадина – как с цепи сорвалась. Одним словом, она уходит из дому, гуляет неизвестно где. Ее не бывает дома почти месяц.

- А где же она ходит? – недоумеваю я.

- Хочешь верь, не хочешь, нет, но наша Мадина за месяц успевает побывать во всех окрестных селах и деревнях. Где есть возможность выпить, ничего не пропускает. Из одного дома направляется в другой, выпрашивает самогонку. Прошлогоднее ее «путешествие» вообще отличается «своеобразностью». Как всегда чужие люди начали звонить мужу нашей Мадины. И откуда только номер телефона находят! Один говорит: «Ваша жена валяется в луже грязи на улице в такой-то деревне, приезжайте, забирайте, пожалуйста». Другой звонит: «Вчера заходила к нам, просила самогонку, а после ее ухода не могли найти сотовый телефон…» Третий сообщает по телефону: «Вчера топили баньку. Вечером забыли закрыть ее на замок. Утром заходим – а там спит ваша пьяная жена…Почему вы не смотрите за ней?!» Бедный супруг Мадины не знает что и делать. Он едет в одну деревню, искать Мадину. А у той – и след простыл. Едет в другую, там говорят, что видели ее недавно, но уже на попутной машине уехала еще куда-то.

Самое обидное то, что дети Мадины, которые уже начали многое понимать в этой жизни, от начала «загула» мамы до конца никуда из дому не выходят. Людям ведь рот не прикроешь, нет-нет да кто-нибудь скажет неприятное слово про маму, положат соль на раны ребятишкам.

- А муж Мадины тоже пьющий человек? – интересуюсь я.

- Н-е-е-е-т, он и капли в рот не берет. Наоборот, Денис - работящий, добрый, мастер на все руки, порядочный. И жену свою он любит. В какой миг Мадина встала на этот скользкий путь – мы не можем сказать. После месячного «загула» она потом потихонечку заходит в колею. Опять начинает старательно ухаживать за детьми, мужем, хозяйством. В прошлом году после очередного «путешествия» Денис не стерпел, поколотил жену. Неделю Мадина ходила в синяках. И вот видать опять не сдержалась…И где час ее найдешь? Где она ходит?

В последние годы увеличилось количество женщин, которые вместо того, чтобы аккуратно вести хозяйство, ухаживать за семьей, стали пить самогонку и вести неприличный образ жизни. Тут есть чему удивляться. Живут, допустим, в одном селе две семьи, соседи. В каждой семье по 4-5 детей. У одной хозяйки дом – полная чаша, достаток и уют. Везде чистота и порядок. И у другой хозяйки есть дом, муж и дети, большое хозяйство. Но ей этого не надо. Ей только бы выпить самогону. Если она у где-нибудь найдет «сатанинское зелье», она будет довольна.

- Все зависит от самого человека, - сказала мне как-то одна пожилая женщина. – Сегодня во многих районах колхозы распались, и молодым, и людям среднего возраста трудно найти работу. Именно вот это безделье, неумение с пользой провести время и подталкивает сельских женщин к спиртному. Почему бы здоровой, полной сил женщине вместе с мужем и детьми не построить, скажем, теплицу, выращивать овощи и продавать их? И дети вырастут трудолюбивые, да и достаток будет в доме. Почему бы пчеловодством не заниматься? Было бы желание, работа всегда найдется, доченька.

Золотые слова. Печально еще то, что в деревнях стали выпивать и пожилые женщины лет 60-70. Их немного, но все же есть. В каждой деревне по 4-5 человек. Эти женщины в этой жизни познали и радость, и горе, вырастили детей, у них есть внуки, но многие пить стали после того, как потеряли своих мужей.

- Они пьют от тоски, доченька, - сказала мне та же пожилая собеседница. – Все жизненные тяготы они тянули вдвоем, делили одну постель – вместе с мужем. Его, родимого, не стало, и женщины затосковали…Они не видят смысла жизни без мужа.

…Нет конца-краю мыслям. Это большая трагедия – когда пьет сельская женщина. Кто виноват – женщины сами или времена наступили такие? Но ведь были и другие времена – война, голод, разруха, послевоенные страшные дни. И тогда наши женщины не забывали, что такое честь, самоуважение, дисциплина и порядочность. Они никогда не начинали работу без «бисмиллы», держали уразу. Где уж там выпивать и бродяжничать по деревням? Сегодня в стране – достаток, изобилие во всем. Каких только продуктов питания нет в магазинах? А одежда? На любой вкус! А женщины пьют…

С Диной мы встретились через две недели. Она сообщила, что Мадина пришла домой, попросила прощения у мужа и детей, пообещала, что никогда больше к спиртному не притронется. Очень хочется ей верить.
Күптән түгел университетта бергә укыган сабакташымда кунакта булырга туры килде. Очрашу шатлыгыннан ашыга-ашыга чәй табыны әзерләп йөргән Динәдән елмаеп: «Җан кисәгең кая соң әле?» дип сорадым. Җан кисәк дигәнебез Динәнең ире Руслан була инде.

- И, и, сорама инде, ахирәт, туган авылына кайтып китте. Разведкага. Туганнары телефоннан шалтыратып әйттеләр, җиңгәсе тагын «ычкынган» бит… - Динәнең пошынуы тавышына чыкты.

Сүз артыннан сүз чыгып, Динә сөйләгәннәрдән шул аңлашылды. Русланнар гаиләдә сигез бала үскәннәр. Шуларның икесе шәһәр тормышын сайлаган, калганнары төрле авылларда төпләнеп калганнар. Һәрберсендә 3-4әр бала икән.

- Туган авылында төпләнеп калган бер абыйсының хатыны – 37 яшьлек Мәдинә, 4 бала әнисе, ничектер әкрен генә эчүгә сабышкан, - дип сузен дәвам итте сабакташым. – Иң сәере шул – аның эчүе дә үзгә, «салырга» ярата торган башка хатыннарныкы кебек түгел. Эш шунда, җиңги кеше ел дәвамында менә дигән иттереп дөньясын көтә, балаларын карый, укуларына күз-колак була, мал-туарны тәртиптә тота, йортта – чисталык-пөхтәлек… Иренә карата да ягымлы, тәмле итеп ашарга да пешерә. Шулай бер ел чамасы әйбәт кенә яшәгәннән соң җиңгәбез, кем әйтмешли, «бәйдән ычкына». Бер сүз белән әйткәндә, йорттан чыгып югала. Нәкъ бер ай чамасы берәдәклектә йөреп кайта.

- Кайда йөри соң ул, Динә? – дим аптырап.

- Ышанмасаң ышан, күрше-тирә авылларны бер итеп чыга. Кайда эчәргә мөмкинлек бар, бер урынны да калдырмый. Өйдән өйгә кереп теләнеп йөри. Үткән елгы «сәяхәте» бигрәк тә үзенчәлекле булды. Шулай чыгып югалганнан соң бер ун көн үтүгә Мәдинәнең иренә (телефон номерын каян табалардыр) шалтырата башлаганнар. «Сезнең хатыныгыз фәлән авылда фәлән урамда күлләвек эчендә ята, килеп алыгызчы»; «Кичә безгә сәмәй эзләп кергән иде, ул чыгып киткәч, кесә телефоныбызның югалуы билгеле булды»; «Кичтән ягып кергән мунчабызны бикләми калдырганбыз, иртән керсәк, ләүкәдә бер хатын-кыз йоклап ята…Сезнең хатын, диделәр. Нигә карамыйсыз үзен?» һәм башкалар. Ире, бахыр, нәрсә эшләргә дә белми. Бер авылга эзләп барса, Мәдинәдән инде җилләр искән, икенче якта йөреп ята. Икенче авылга эзләп килсә, яңа гына монда иде, чыгып китте, диләр. Җиңгинең койрыгын тиз генә тотарлык түгел. Иң аянычы шул: тормышны азмы-күпме аңлый башлаган балалары әниләре чираттагы «гулянка»га чыгып киткәнән соң өйләреннән чыгарга оялалар. Кешеләрнең авызларын томалап булмый бит, төртмә теллеләре юк-юк та начар сүз әйтеп, сабыйларның күңел ярасына тоз сибеп китә.

- Әтиләре ниндирәк кеше соң? Ул да эчәргә яратамы?

- Ю-ю-юк, әтиләре тамчы да капмый ул зәхмәтне. Киресенчә, тырыш, акыллы, тәртипле ир ул Денис. Хатынын да ярата. Тик менә нишләп, кайсы мәлдә Мәдинә шушы юлга баскандыр, беребез дә төгәл генә әйтә алмыйбыз. Шулай бер ай чамасы «ычкынып» йөреп кайтканнан соң тагын ипләнеп китә үзе. Син дә мин дөньясын, балаларын, ирен карый башлый. Үткән елны шулай йөреп кайткач, Денис түзмәгән, хатынын нык кына тукмаган. Мәдинәнең атна-ун көн күзе-башы күгәреп йөрде. Менә тагын «ычкынган» ди бит әле… Кайсы якларга чыгып киткәндер, каян эзләп табарга инде аны?

Әйе, соңгы елларда матур итеп дөнья көтәр урынга тирә-як авылларны «тигезләп», эчәргә теләнеп йөргән салмыш авыл хатыннарының күбәюе зур борчуга сала.

Аптырамаслык та шул. Әйтик, бер үк авылда күршеләр булып ике гаилә яши, ди. Берсендә әни кеше 4-5 бала тәрбияли, хуҗалыгын гөл кебек карый. Икенчесенең дә менә дигән ире, йорты, бакчасы, балалары бар. Ләкин бу хуҗабикәнең тормышта гаме юк. Аңа йорт та, мал-туар да, бакча да кирәкми. Аңа эчәргә кирәк. Көн саен берәр каян шайтан суы табып эчсә, шуңа канәгать булып, исәңгерәп йөри ул.

- Барысы да кешенең үзеннән тора, балам, - диде миңа бер өлкән яшьтәге апа шушы темага сүз кузгаткач. – Хәзер күп җирдә колхозлар бетте, яшьләргә дә, урта яшьтәгеләргә дә эш юк. Әнә шул эшсезлек, вакытны кая куярга белмәү этәрә дә инде авыл хатынын эчүгә. Ни өчен, әйтик, сау-сәламәт хатынга ире, балалары белән бергәләшеп теплица эшләп, рәхәтләнеп яшелчә-җимешләр үстереп сатмаска? Балалары да эшләп үсәрләр иде, акчасы да булыр иде. Нигә мал үстереп сатмаска? Умартачылык белән шөгәльләнмәскә? Теләге булган кешегә эш табыла ул, балам.

Хак сүзләр. Авылларда күптән пенсия яшендә булган 60-70 яшьлек өлкән апаларның эчүгә чабышуы да күзәтелә. Күп түгел алар, әмма барлар. Авыл саен 4-5 апа булыр. Тормышның ачысын-төчесен күргән, балалар үстереп, укытып, үзаллы тормыш юлына бастырган бу авыл апалары гадәттә гомер юлдашлары – ирләре вафатыннан соң аракы белән дуслашалар.

- Сагышларына түзә алмыйлар алар, балам, - диде миңа шул ук өлкән яшьтәге әңгәмәдәшем. - Гомер буе тормыш йөген бергә тарткан, авырлыкларны бергә үткәргән, бер түшәкне уртак иткән ирләрен юксынудан килә аларның эчүе. Ирләре үлгәннән соң яшәүнең яме калмый.

…Уйлар йомгагының очы-кырые юк. Бик аяныч хәл ул – авыл хатынының эчкечегә әверелүе. Кем гаепле моңа: авыл апалары узләреме, әллә заманамы? Замана дигәннән, ачлык, сугыш, мохтаҗлык хөкем сөргән авыр чорларда да, аннан соңгы елларда да авыл хатыннары намус, әдәп дигән төшенчәләрне өстен куйган. Ураза тотканнар. Бисмилласыз бер эш башламаганнар. Кая ул эчеп, азып-тузып йөрү? Ә хәзер бер карасак, илдә тынычлык, туклык, муллык, киемнең, ризыкның ниндие генә юк, ә хатыннар эчә. Әллә рәхәтлеккә чыдый алмыйлармы? Әллә соң ялкаулык һәм эшсезлек этәрәме хатыннарны тайгак юлга? Сораулар күп, тик җаваплар гына табылмый.

…Ә сабакташым белән тагын да бер атнадан соң очраштык без. Үткән сөйләшүне хәтерләп, Динә болай диде:

- Мәдинәбез кайткан, ире, балалары алдында «бүтән бервакытта да авызыма аракы капмам» дип сүз биргән, гафу үтенгән. Үз куллары белән яшереп куйган «запаслар»ын чыгарып түккән. Ире Мәдинәгә «тагын бер мәртәбә балаларны ташлап, эчеп йөрсәң, өйгә кертмибез», дигән…

Шушы сүзләрне ишеткәч, мин ихлас күңелдән сөенеп киттем. Никтер бу яшь хатынның тәүбәгә килеренә ышанасы килә. Тик…ярый ла биргән вәгъдәләре тукран тәүбәсе генә булмаса.

****

Эчкече хатын-кызларның 76 процентының туганнары шулай ук эчәргә ярата.

Хатыннарда эчкечелек уртача 26 яшьтә башлана, ир-атта – 23 яшь тирәсендә. Әмма беренчеләренең чире тизрәк көчәя: хатыннар табибларга 7 елдан соң гына мөрәҗәгать итәргә мәҗбүрләр, ирләр – 16 елдан соң гына.




Каждый ребенок имеет право на счастье, расти в полноценной семье. Но не у каждого малыша есть такая возможность. В нашей стране кроме круглых сирот, есть еще и те, кто при живых родителях лишен материнской ласки, отцовских объятий. Но и они не теряют надежду, думая, что когда-нибудь и за ними придут мама и папа. И вот однажды малышам улыбнется счастье – семейная пара берет их на воспитание. Но только на один месяц…

…Диле четыре годика, она стоит перед невероятно красивой женщиной. Та придирчиво осматривает девочку и говорит:

- Мне нравится. Заберу ее на следующей неделе.

Женщина по имени Роза приехала из Дагестана. Она коммерсант. Почему ей так спешно понадобился ребенок – она не объяснила. Дилю выбрала через федеральную общую базу данных….

Но не прошло и месяца как девчушка вновь оказалась на пороге детского дома. Что же случилось? Оказалось, бизнес-вумен всегда брала с собой девочку, когда заходила в кабинеты начальников, чиновников, в налоговую инспекцию и при этом говорила, что мол, «посмотрите, какая я социально ответственная дама, ребенка взяла на воспитание, помогите мне…» И когда таким образом решила все свои проблемы, вернула девочку обратно в детдом. Как книгу – в библиотеку.

- В нашей стране это не первый случай. Что мы можем делать? – говорят воспитатели детского дома. – Устройством ребенка в семью занимаются органы опеки.

В России каждая четвертая пара ребенка усыновляют с целью выгоды. Каждого третьего малыша обратно возвращают в детдом.

Дважды сирота

Термин «гуманитарная трагедия» появилась весной 2009 года, когда участились случаи возврата детей обратно в детдома. Не ошибемся, если скажем, что толчком этому явлению стал случай в Калининграде. Там ВИЧ инфицированная молодая мама отказалась от своего ребенка сразу после того, как родила. Многочисленные анализы показали, что мальчик абсолютно здоров.

Ко второму дню рождения маленького Макара ждал самый большой сюрприз – его усыновила молодая семейная пара, у которой недавно родился собственный малыш. Мальчику дали новое имя, сделали новое свидетельство о рождении. Но по истечении двух месяцев «любящие мама и папа» вернули малыша в детский дом. Свой отказ они объяснили тем, что им как будто бы не сообщили о ВИЧ инфицированности матери малыша! Но истинные причины отказа стали известны попозже. Оказывается, молодая пара рассчитывала на материальную помощь в 300 тысяч рублей, которую администрация области обычно выделяла семье при усыновлении ребенка, добавить к этой сумме свой материнский капитал и внести эту сумму как первоначальный взнос за квартиру. «Если этих денег не хватить, можно брать кредит в банке», рассуждала молодая пара. Но банк отказал им в выдаче кредита. Планы рушились, и они уже на следующий день вернули девочки в детдом.

Директор благотворительного Фонда по поддержке детей, семей и молодежи Марина Терновская говорит:

- В последние 2-3 года много случаев возврата детей в приюты. Мы по-своему проанализировали это явление. Детей на усыновление берут, улучшают свои жилищные условия, покупают квартиру, а ненужного малыша обратно в приют везут. С этим ничего нельзя поделать: по закону эти дети не имеют права претендовать на жилплощадь. Наши законы не наказывают родителей за отказ от ребенка, даже если детей усыновили с корыстными намерениями.

Кто вы, новые родители?

- Сегодня любой человек с «чистыми» документами может усыновить или удочерить ребенка, - считает Марина Терновская. - Многие родители ребенка впервые видят только тогда, когда уже забирают его из приюта. При выборе учитывается конкретное желание родителей: возраст, цвет глаз, цвет волос малыша. А дальнейшая судьба ребенка чиновников уже не интересует. Как живется малышу с новыми родителями, нашли они общий язык или нет, не обижают ли его – это проблема чиновников уже не волнует. Раньше была единая система устройства ребенка в приемную семью. До 18 лет за ним наблюдали педагоги, психологи, врачи, социальные работники. А сейчас судьбой ребенка занимаются разные органы. Хотя занимаются ли?...

В России сегодня усыновление не популярно. Да и пособии маленькие. Многие родители стараются оформить опекунство. Для сравнения: в первой половине 2009 года на 38835 детей оформлено опекунство. В 2008 году эта цифра составляла 75933.

Если подумать, то и не в деньгах, пособии тут дело. С каждым годом все меньше и меньше становятся семей, которые способны прижать чужого малыша к своей груди так же нежно, как и своего. Это только, кажется, что детей в приютах, детских домах становится мало. На самом деле сирот все больше и больше становятся.

После Великой Отечественной войны у нас в стране было 678 тысяч детей-сирот. В 2002 году мы обогнали этот показатель. На сегодняшний день с России насчитывается более 800 тысяч детей-сирот.

Башкортостан: семья вместо приюта

Дети, которых по разным причинам вернули в детские дома, есть и у нас в Башкортостане. Их определяют в другие семьи. «Именно после этих случаев мы убедились в том, насколько серьезно надо относиться к выбору опекунов, проверять желающих усыновить ребенка. С каждым желающим усыновить малыша мы работаем как минимум три месяца, только потом приступаем к подбору ребенка», говорит начальник управления по опеке и попечительству администрации города Уфы Милана Скоробогатова.

Есть такая поговорка: «Своя ноша не тянет». Малыш, рожденный в в семье, любви, желанный, никогда не станет обузой для своих родителей. Любите, берегите своих детей.
Бу дөньяда һәрбер баланың гаиләдә үсәргә, бәхетле булырга хакы бар. Әмма бәхетле язмыш җилләре бар кешегә дә тигез исми: кемгәдер назлырак, кемгәдер кырысрак. Илебездә тулы ятимнәрдән тыш, әти-әниле булып та ата-ана назы һәм иркәләве күрми үскән сабыйлар күп. Бу нарасыйлар өметләрен өзмиләр, «кайчан да булса мине дә килеп алырлар, мин дә әти-әниле булырмын», дип тилмереп көтәләр. Һәм көннәрдән беркөнне аларга да бәхет елмая – ир белән хатын баланы тәрбиягә ала. Ләкин… берничә айга гына.

Дүрт яшьлек шомырт күзле Динә курчак кебек матур итеп киенгән апа алдында басып тора. Хатын сабыйга сынаучыл караш белән текәлгән.

- Ошый, - дип канәгать елмайды «тәтәй курчак». - Бу атнада килеп алырмын.

Дагыстаннан килгән Роза исемле бу коммерсант хатынга бала ни өчендер бик ашыгыч рәвештә кирәк булган. Динәне сәүдәгәр ханым ятим балалар турында мәлүматлар тупланган федераль база аша сайлаган.

Ләкин бер ай да үтми, кызыкай шул ук балалар йортына кире әйләнеп кайта. Роза «әни» тәрбиягә алган Динәне начальникларның, чиновникларның, бигрәк тә салым инспекциясе хезмәткәрләренең кабинетларына йомыш белән кергәндә ияртеп керә дә, «менә мин социаль яктан нинди җаваплы эшкуар, тәрбиягә ятим бала алдым», дип әйтә икән. Бер ай эчендә йомышларын уңышлы гына йомышлап беткәч, ханым китапханәгә китап тапшырган кебек сабыйны балалар йортына яңадан илтә.

- Бездә мондый очрак беренчегә түгел. Нәрсә эшли алабыз соң? – дип аптырыйлар балалар йорты тәрбиячеләре. – Баланы гаиләгә урнаштыру эше белән опека органнары шөгыльләнә бит.

Русиядә гаиләләр һәр дүртенче гаиләне файда күрү, табыш алу нияте белән тәрбиягә ала. Һәр өченчесен соңыннан балалар йортына кире тапшыралар.

Ике тапкыр ятим

«Гуманитар фаҗига» дигән сүзтезмә бигрәк тә быелгы елның яз айларында, тәрбиягә алынган сабыйларны балалар йортларына кире тапшыру очраклары меңнәр белән исәпләнә башлагач ешрак ишетелә башлады. Бу хәлгә март аенда Калининград шәһәренең балалар йортындагы бер очрак этәргеч булып торды дисәк, ялгышмабыз. Бала ВИЧ-инфекцияле әнидән туган. Әни кеше якты дөньяга тудыру белән сабыеннан баш тарткан. Күптөрле анализлар тапшырганнан соң Макарның сау-сәламәт булуы ачыкланган.

Ике яшь тулганда малайны туган көненә иң зур бүләк көтә - аны тәрбиягә алалар. Үзләренең беренче сабыйлары күптән түгел генә туган яшь пар Макарны тәрбиягә алып, аңа яңа исем-фамилия бирәләр, туу турындагы таныклыкны да яңаны эшләтеп алалар. Әмма ике ай вакыт үтүгә малайны «өзелеп яратучы» яңа әти-әнисе уллыкка алуны юкка чыгаруны сорап судка иск бирә. Имеш, Макарның әнисенең СПИДлы булу фактын алардан яшергәннәр! Соңрак яшь гаиләнең алдашуы билгеле була. «Тәрбиягә ятим бала алганнан соң өлкә хакимияте тарафыннан бирелә торган 300 мең сумны күләмендәге премияне алырбыз да, 250 мең сум ана капиталын кушып, яңа фатир өчен беренче взнос түләрбез. Бу акча гына җитмәсә, банктан кредит алырбыз», дип уйлыйлар алар. Тик банк бу яшь парга кредит бирми. Банктан «отказ» килү белән ир белән хатын икенче көнне үк Макардан баш тарта.

Балаларга, гаиләгә һәм яшьләргә таяныч күрсәтү буенча мәрхәмәтлек Фонды директоры Марина Терновская:

- Соңгы 1-2 елда тәрбиягә алган сабыйларны кире тапшыру очраклары бигрәк күбәйде, - ди, авыр сулап. – Без бу хәлгә үзебезчә анализ ясадык. Баланы алалар, торак шартларын яхшыртуга гариза язалар, фатирлы булалар. Кирәге калмаган баланы кире приютка тапшыралар. Бу хәл белән бер ни эшләп булмый: закон буенча бу балалар торак мәйданына дәгъва итә алмый. Безнең законнар баладан баш тарткан өчен әти-әнигә җәза бирми, хәтта уллыкка-кызлыкка алу файда күрергә теләү нияте белән бәйле булса да.

Кем син, яңа әти-әни?

- Бүгенге көндә документлары «чиста» булган теләсә кем уллыкка, яисә кызлыкка бала алала, - Марина Терновская. – Күпчелек ата-аналар сабыйны балалар йортыннан килеп алганда аны беренчегә күрә. Сабый мәгълүматлар базасы буенча ир белен хатынның конкрет теләген исәпкә алып сайлана: әйтик, фәлән яшьтә, күзләре фәлән төстә булсын… Артабан чиновникларны бу баланың язмышы кызыксындырмый. Уллыкка-кызлыкка бирү эшләре белән башка оешма шөгыльләнә. Сабый яңа әти-әнисе белән ничек яши, уртак тел таба алганнармы, юкмы, какмыйлармы аны, сукмыйлармы, монысы инде аларның проблемасы. Элек тәрбиягә бала алуның бердәм системасы бар иде. Балага 18 яшь тулганчы аңа психологлар, табиблар, социаль хезмәткәрләр күз-колак булып, ярдәм итеп килделәр. Хәзер баланың язмышы белән төрле оешмалар шөгыльләнә. Хәер, шөгыльләнә микән?... Русиядә бүгенге көндә тәрбиягә бала алу популяр түгел. Пособиесе ягыннан да отышсыз. Яңа әти-әнигә бала өчен бер мәртәбә бирелә торган 8860 сум 54 тиен акча тәгаенләнә.

Статистика буенча, 2009 елның июль башына барлыгы 5554 сабый тәрбиягә алынган. Чагыштырып карау өчен: 2008 елда – 13173.

Күпчелек гаиләләр хәзер опекунлык рәсмиләштерергә тырыша. Чонки попечительләргә бер мәртәбә түләнә торган 6592 сумнан тыш сабыйның яшенә карап 5410 сумнан алып 6160 сумга кадәр айлык түләүләр каралган. Аерым төбәкләрдә урындагы казнадан попечительләргә премия, өстәмәләр дә бирелә әле. Чагыштырып карагыз: 2009 елның беренче ярты еллыгында 38835 бала опекага алынса, 2008 елда бу сан 75933 булган.

Бер карасаң, «аз акча тугел, бер балага гына опекун булырга мөмкин инде», дип уйлар кемдер. Бәлки, шулайдыр да, әмма акчасы турында уйламый, чит баланы үзенекедәй күкрәгенә кысып яратырга, күңелендәге барлык наз һәм иркәләүдән шушы чит балага да өлеш чыгарырга әзер гаиләләр елдан-ел азая шул. Читтән караганда гына Русиянең балалар йортларында сабыйлар саны азая барган сыман. Ләкин бу иллюзия. Чынында исә елдан-ел арта барган ятимнәр саныннан чәчләр үрә торырлык.

Бөек Ватан сугышыннан соң 678 мең бала ятим калган. 2002 елда без бу күрсәткечне узып киттек. Бүгенге көндә безнең илдә 800 меңнән артык бала ятимлектә үсә.

Безнең күңелләргә ни булган?

- Чиновниклар кешеләрне акчага кызыктырып ятимнәрне тәрбиягә алырга үгетләделәр, - дип исәпли Русия балалар фонды рәисе, язучы Альберт Лиханов. – Эшсезләрне теркәү пунктларында: «Приюттан бала алыгыз, изге гамәл, ышанычлы акчалар…» дип агитация ясап йөргәннәрен хәтерлим әле. Шул вакытларда тәрбиягә бала алу Стаханов хәрәкәтен хәтерләтте. Балалар йортлары ябылды, ә интернат биналарын һәм аларның җир участокларын саттылар.

Лиханов фикеренчә, балаларны гаиләләргә тарату төбәк бюджетына да файда китергән. Чөнки приюта яшәгәнгә караганда гаиләдә яшәү күпкә очсызга төшә. Чыннан да, баланы приюта бер ел яшәтү казнага 150 мең сумнан алып 200 мең сумга кадәр төшә. Ә гаиләдә - өч тапкырга очсызрак…ё Зарланырлык бер урын да юк сыман: ятим бала әти-әниле булды, илдә балалар йорты берәүгә булса да кимеде, казна акчасы экономияләнә. Ләкин алай түгел икән шул.

- Кешеләр тиз арада ятим балаларның курчак түгеллеген аңладылар. Күпчелек балаларда энурез, ягъни бәвел тотмау күзәтелә, начар тәрбия алганнар, геннар да үзләрен сиздерә. Җитмәсә, пособиеләрне дә вакытында түләми башладылар. Шулай итеп, кызларны һәм малайларны кире кайтара башладылар. Ә кая куярга соң аларны? Ятимнәр проблемасын хәл иттек дип рапорт тапшырып, приютларны ябып бетерделәр. Нәтиҗәдә кире кайтарылган балаларны калган приютларга «тыңкычлап» тараттылар, - ди Лиханов.

Үткән елны 6 меңләп артык сабый кире приютка кайтарылган. Әти-әниләр тәрбиягә алган балаларны кыерсытып тотканнар. Барлыгы шундый 3012 очрак теркәлгән. 3 бала опекун гаебе белән үлгән.

Башкортстан: балалар йорты урынына гаилә

Төрле сәбәпләр аркасында приютка кире кайтарылган сабыйлар бездә дә бар. Аларны икенче гаиләләргә тәгаенлиләр. «Нәкъ менә шушы кире кайтару очракларыннан соң без тәрбиягә алырга теләүчеләрне, булачак опекуннарны җентекләп тикшереп, сайлап алырга кирәклегенә инандык. Хәзер бала алырга әзер булган һәр гаилә белән кимендә өч ай эшлибез, аннан гына сабый сайлау эшенә тотынабыз», - ди Уфа шәһәре хакимиятенең опека һәм попечительлек буенча идарә начальнигы Милана Скоробогатова.

Республикада бүгенге көндә 38 патронат үзәк эшли. Үз эшләрендә алар башкала приютларының тәҗрибәсенә таяна. Башкортстанда патронат тәрбия буенча беренче эксперименталь мәйдан Уфада моннан 10 ел элек 9нчы санлы балалар йорты базасында ачылган. Тагын да җиде елдан – 2006 елның июлендә «Башкортстан Республикасында патронат тәрбия турында» Закон кабул ителде.

- Бәләкәчләрнең әти-әниле булырга мөмкинлекләре күбрәк, - дип исәпли Скоробогатова. - Әйтик, 1нче санлы балалар йортында кечкенәләр бөтенләй юк, калган ике приютта мәктәпкәчә яшькә кадәр 4 төркем ябылды, чөнки сабыйлар гаиләләрдә яшиләр. Ә бит үсмер балалар да гаилә турында хыяллана…

Милана Маратовна сүзләренә караганда, бүгенге көндә Уфаның 1нче һәм 9нчы санлы балалар йортларында үсмер һәм югары сыйныф яшендәге кызлар-малайлар тәрбияләнә.

Бала приютта үткәргән бер ай вакыт аның өч айлык үсешен тоткарлый, дип исәпли табиблар һәм психологлар. Шуңа күрә әгәр мөмкинлек бар икән, сабыйның гаиләгә урнашуына аяк чалмаска кирәк. Ни өчен? Бу сорауга Милана Скоробогатова болай ди:

- Әйтик, ниндидер сәбәпләр аркасында әти-әнисез калган бала приютта яши, ди. Сабыйның хәлен белеп торучы якын туганнары да бар, әмма алар баланы үзләренә алалмыйлар: картлар, чирлиләр, тазалыклары юк… Башка сәбәпләр дә булырга мөмкин. Бу туганнар баланы үзләре дә алмыйлар, башка гаиләгә бирергә дә риза түгелләр.

Нәтиҗәдә, бала килеп туган хәлнең колы булып кала. Ләкин болай яшәргә ярамый бит! Ул туганнар бала язмышы турында уйламый.

Интерната үткәргән һәр ай, һәр көн, сәгать һәм минут баланың киләчәккә өметен үтерә.

Бу – безнең интернатлар начар дигән сүз түгел. Әмма чит булса да, икенче гаилә балага наз, күңел җылысы бирер иде.

Бүгенге көндә Уфа шәһәрендә 4 балалар йорты, 2 приют, 2 сабый йорты эшли. 400дән артык бала тәрбияләнә. Ике ел элек балалар саны 800ләп булган.

Урысларда «Үз йөгең авыр түгел» дигән мәкаль бар. Мәхәббәттә, никахта туган, көтеп алынган сабый бервакытта да әти-әнисе өчен йөк булалмый. Бала зур шатлык, чиксез наз һәм иркәләү эчендә - гаиләдә үсәргә тиеш.